Литературная страничка



Исполнение. Глава 1 - Воспоминания

          К содержанию
    Семен Петрович сидел на лавочке около своего дома и тихо нашептывал себе что-то под нос. Он частенько вот так сидел... разговаривая сам с собой. Многие прохожие даже подумывали о сумасшествии мужчины. Да что там прохожие! Он сам иногда ловил себя на этом, понимая, что проскальзывают в голове именно такие идеи.
    Семен Петрович был очень и очень пожилой человек. Немногие его друзья, чтобы подбодрить старичка даже говорили, что он не старый — он просто в годах. Но это мало утешало девяностошестилетнего мужчину. Он и сам прекрасно все понимал. И на память никогда не жаловался. Он просто таким выглядел — старым, сумасшедшим, разговаривающим сам с собой ни о чем. А еще все соседи думали, что Семен Петрович сразу же все забывает. Что ни скажи ему...
    Но это было не так...
    Совершенно не так. Семен Петрович все всегда прекрасно помнил. Не всякий молодой парень мог похвастаться такой памятью. Бывало ранее, когда приезжали правнуки, он рассказывал просто умопомрачительные истории из своей нелегкой и нескучной жизни. И при этом мог легко говорить с очень большой точностью. Если бы он был из «нового поколения» людей, то наверняка бы сравнил себя с компьютером!
    И, естественно, очень любил Семен Петрович когда кто-нибудь у него просил что-либо рассказать. Даже не важно, что именно — или совет дать, или выбрать интересную историю из своей памяти. Всегда в таких случаях мужчина садился поудобнее, закуривал самокрутку и начинал говорить. Говорить мог он много и долго. Он вообще очень любил говорить. Не просто так говорить, а по делу... рассказывать.
    Вот только жаль, что и жена уже много лет назад умерла, и дети состарились и сами стали такими же рассказчиками для молодых да юных. Внуки женились, внучки выходили замуж, и свои проблемы появлялись в обилии. А правнуки некоторые и забыли о существовании своего деда.
    Недавно только — на девяносто пять лет в большой и некогда шумный дом приехали все отпрыски поздравить пожилого мужчину. Тогда Семен Петрович как будто помолодел! Он с радостью ходил по огромному двору, слушал десятки ребячьих голосов, не уступая в прыткости, играл с внуками да внучками. И рассказывал... рассказывал... рассказывал... Быть в центре внимания нравится любому, а уж если учесть одиночество человека. Но в тот день. Даже показалось, что на пару минут морщины со старческого лица разгладились, и перед родственниками предстал молодой, бодрый и энергичный Семен.
    Естественно, все проходит. Это случается, как бы не было жаль. Дети, внуки, правнуки приезжали постепенно — чуть ли не в течение пары недель. Одни помогали подготовиться к торжеству, другим хотелось просто подольше побыть со своим отцом, либо дедом. И дом вместе с окрестностями наполнялся криком, суетой и шумом постепенно. Зато разъехались все в один момент.
    «Как будто сговорились!» - пронеслось в голове Семена Петровича, хотя он сам прекрасно понимал, что никакого сговора не было и быть не могло. И когда он прощался с уезжавшими, голос мужчины слегка дрожал. Во всяком случае, так могло показаться.
    И вот уже следующим летом Семен Петрович сидел один около опустевшего двора и курил самокрутку. Светило яркое солнце. В ста метрах поблескивал асфальт, намокший от только что прошедшей тучи.
    Обычно Семен Петрович говорил вслух. Так он старался сохранить и память в добром здравии, не забыть, как разговаривать, да чтобы веселее было хоть немного. Говорил почти всегда о прошло. Нет, в его словах солнце не было ярче, трава не была зеленее, небо не было более чистым и голубым. В его словах было скорее...
    - Скучаем? - неожиданно послышался голос откуда-то справа и сверху.
    Семен Петрович посмотрел в эту сторону. Еще буквально десять секунд назад здесь никого не было. Мужчина даже был готов поклясться, что и в округе было тихо и спокойно, будто все вымерли. А сейчас здесь стоял этот мужчина. На вид ему было не больше сорока. Или что-то около этого. Семен Петрович в силу своего возраста мог признать молодым абсолютно любого человека, который был бы младше его самого на один-полтора десятка лет.
    «Мужчина, как мужчина! - пронеслось в голове у Семена Петровича. - Только шляпа странновата. Только откуда он такой взялся?»
    Шляпа действительно была странна. Черная, с широкими краями, немного блестящая — будто настолько стара, что потерлась и залоснилась до безобразия. Тем не менее странный прохожий не выглядел неопрятным — скорее наоборот. И манера поведения у него очень даже хороша. От мужчины так и веяло во все стороны хорошим воспитанием. И у Семена Петровича сразу же всплыли в памяти воспоминания про старые советские времена, когда даже молодежь вела себя подобающим образом.
    - Скучаете? - между тем повторил свой вопрос незнакомец. Заметив пристальный взгляд старичка, он добавил. - Вы, ей Богу, не смотрите на мою одежду. Просто пенсия настолько мала, что приходится донашивать свои старые вещи... Которые не дорвались еще до конца. - уточнил незнакомец после некоторой паузы.
    Пенсия! Как знакомо все это было Семену Петровичу. И незнакомец сразу же заслужил уважение у этого добропорядочного человека. Он с удовольствием потянулся на скамейке и с видимым наслаждением прокряхтел:
    - Да-а! Скучаю. И уже давно! Как только один остался. Вы только не подумайте — у меня есть родственники. Просто все дети да внуки разъехались по разным городам и поселкам. Только изредка заезжают навестить своего старика. Прошу заметить не полностью маразматичного. - Семен Петрович ухмыльнулся. - И соседи вон тоже. У каждого свои занятия: у этого — водка, у того — самогон. А в наше... в наше-то время вспомните как было! Э-э-эх! Вот и покушаю, приберусь, как смогу в доме, и на скамейку. А что еще делать? А зимой у печи греться. На улицу-то не выйдешь — в мои годы вмиг замерзну и заболею. А болеть нельзя. Нельзя-я-я! - Протянул мужчина и причмокнул губами. - Иногда-то я еще газеты читаю. К нам почта раз в неделю приезжает. Вот я со своим зрением как раз со всей корреспонденцией управляюсь. А иногда даже письма бывают. Те-то я сразу читаю. Только редко они. А газеты... Что там в газетах? Убийства, всякие акции и Америка. Ерунда всякая. Вот и сижу. Скучаю. Думаю. Вспоминаю молодость. Знаете ли интересно так вспоминать все, что было... Да вы садитесь! Садитесь!
    Все это время незнакомец все также стоял рядом с Семеном Петровичем. За время произнесения столь долгой речи ни один мускул не дрогнул на его лице, ни одна часть тела не шелохнулась. Но приглашение присесть вернуло его из данного оцепенения. Достопочтенного старичка даже удивила поразительное терпение мужчины — обычно речи подобного плана пресекались родственниками на корню.
    - Да-да! Конечно! А я что-то даже и совсем забыл. - как-то невнятно произнес незнакомец, поудобнее устраиваясь на скамейке. Обхватив своей правой рукой морщинистую ладонь Семена Петровича, он произнес. - Так что вам интересно вспоминать?
    - Вы извините меня. Просто я могу своими речами утомить.
    - Нет-нет! Никоим образом. Скорее наоборот даже — как бы я сам вас не утомил своим присутствием.
    - Ну, если вам так хочется. Приятно всегда поговорить с хорошим человеком. А за разговором и время пролетит незаметно. Так о чем это я?
    - О воспоминаниях. Вы сказали, что очень любите вспоминать, что было раньше.
    -Да. Точно. Знаете ли — я на самом деле люблю вспоминать. Сколько всего хорошего было. Приятно, знаете ли.
    - Да уж. Как я вас прекрасно понимаю. Молодость — лучшая пора жизни. Ты здоров, полон сил и амбиций. Все в твоих руках и кажется, что это никогда не сможет кончиться.
    - Действительно. Мы такими были. Патриотами. Были друг за друга горой. Вместе шли по жизни. И потом всю жизнь с друзьями оставались рядом. Куда бы нас не кидала судьба...
    - ...и партия, - вставил словечко незнакомец.
    - Да. И романтики хватало. Ведь, это было прежде всего движение за чем-то необычным. Всем хотелось чего-то нового. А сейчас? Что сейчас? Что будет вспоминать молодежь в нашем с вами возрасте? Как они отплясывали с голыми животами под непонятную музыку? Как они непонятно что употребляли в темных переулках? Тяжелые будут воспоминания. Не завидую я им.
    - Но вспоминать придется. От этого никуда.
    - Плохие будут воспоминания. Хотя... - Семен Петрович на мгновение задумался. - Ведь, у всех есть плохие воспоминания. И у меня тоже. Гложут часто. Очень часто. Старость нужно тихо доживать с добрым сердцем. Вот если бы все плохое забыть...
    - Как забыть? Все плохое забыть? - неожиданно воскликнул незнакомец.
    - Ну да.
    - А не кажется ли вам, что даже хорошие воспоминания для вас могут быть плохими и даже очень плохими для кого-то другого? Их, ведь, тоже придется забывать. Так сказать — в солидарность.
    - Да что вы такое говорите? Хорошие они на то и хорошие, что не могут быть плохими! - немного ошарашено произнес в ответ старичок.
    - То есть вы хотите забыть все плохое?
    - Не отказался бы. А вы что — волшебник у нас? Исполнитель желаний? - Семен Петрович улыбнулся во весь свой наполовину беззубый рот и даже уже готов был рассмеяться, не стесняясь даже малого знакомства со своим собеседником.
    - Это ваше желание? - продолжал уже в серьезном тоне вопрошать незнакомец.
    - Да. Раз уж такое дело, то да. Это мое желание.
    - Ну что же — пусть будет по вашему! - резюмировал странный прохожий и края его губ немного вздрогнули в улыбке.

          2009.09.02