Литературная страничка



Орден. Повесть 2 - Орденская книжка
III часть

    Ранее:
    Повесть 1 - Золотой крест
    Повесть 2 - Орденская книжка:
    I часть
    II часть
    
    III
    
    Зато до утра никто не смог просидеть без сна. Морфей сломил всех - даже самых крепких, хвалившихся своей выдержкой, мальчишек и затащил их в свои объятья. И этому даже не помешала предрассветная прохлада. Она только внесла долгожданную свежесть. И даже большинство мальчишек, кто ночевал в самодельных шалашах, выбрались по ночи наружу. Потому что ветерка или свежего воздуха внутри не могло быть в принципе.
    Первым из всей экспедиционной группы проснулся Лоцман. Он спал около высокого дерева почти у самого небольшого обрыва над протокой. Река в этом месте разделялась на несколько проток, и эта была самой крупной. Потому именно в неё и можно было пристроить плоты, которые в другие небольшие заливы или рукава просто не прошли бы, сев на мель.
    Мальчик поднялся сразу на ноги - он не любил подолгу валяться в кровати даже дома по выходным. А тут ему ещё вдруг приснилось, что сейчас он упадёт с огромного обрыва в пропасть. Лоцман резко дёрнулся от этого и чуть было действительно не съехал к раю обрыва над водой. Правда, этот обрыв, понятное дело, не шёл ни в какое сравнение с тем, из сна.
    Мальчик осмотрелся по сторонам, не сразу сообразив, где он находится. И почему не проснулся в своей кровати. Однако память быстро вернулась, остатки сонности мигом развеялись, а бодрое настроение способствовало началу утренней зарядки. Вообще Лоцман её почти никогда не делал - считал, что она никак не влияет на силу, ловкость и скорость. Однако кровать в эту ночь была очень жёсткой - даже слой травы не смог уничтожить жёсткость земли, к которой были примешаны ещё и торчавшие то тут, то там корни деревьев и какие-то камни или даже жёлуди. Потому мальчик резко встал и стал делать наклоны в разные стороны, держа руки на поясе. После он вспомнил ещё пару упражнений со школьных уроков физкультуры. В окончании всего он хотел подтянуться на ветке дерева. И даже сделал это пару раз, после чего ветка с треском поломалась, не захотев дальше исполнять роль турника. И Лоцман примерно минуту-другую просто побегал трусцой вокруг лагеря.
    Все окрестности ещё спали. Не было слышно даже привычных для столь раннего времени жаворонков. Птицы ещё просто пребывали в дремоте где-то в зарослях травы, что покрывала высокие берега реки. Вдалеке восходило над редкими деревьями, так и не смогшими стать более-менее сильными на болотистой почве. Стоило Лоцману отбежать на несколько метров от самого лагеря, как его штаны почти по пояс мгновенно стали влажными. Все вечерние и ночные часы стоял сильный туман, который и перешёл в обильную росу в столь насыщенном влагой месте.
    Мальчишка поспешил остановиться, чтобы не оказаться в холодной воде по уши. Это было бы слишком сильным пробуждением в достаточно прохладное для приамурского лета утро. Лоцман вышел из травы и стал выжимать на себе брюки, которые пропитались водой. После нескольких безуспешных попыток сделать это - ведь, влаги осело немного, мальчик снял один из кедов, чтобы снять мокрые носки. Других носков у него не было, потому предстояло просто некоторое время походить на голую ногу - пока ткань высохнет. Иначе можно было бы легко натереть пару мозолей - у мальчика такое уже бывало.
    Чтобы не потерять равновесие во время такого неординарного переобувания, мальчик прислонился одной рукой к стволу дерева. Поза была настолько неудобной, что рука затекла буквально за минуту. Чтобы избавиться от неприятных покалываний и небольшого жжения в руке, пришлось выпрямиться во весь рост и потянуться - почти всем телом, сделать пару гимнастических сложных упражнений.
    Когда он вот так вот потянул шеей, то увидел нечто неожиданное. Прямо перед мальчиком были палатки - те самые, что укрывались одним большим куском брезента, хоть и были сооружены из простых веток, листьев и травы. Высота их была чуть больше роста мальчика - хотя внутри можно всё равно было передвигаться лишь слегка пригнувшись. Сейчас же, когда Лоцман встал на носки, да ещё и на небольшом бугорке от корневища дерева, он смог разглядеть противоположный берег.
    Там был лес, который за пять-семь метров до реки заканчивался, переходя в высокую траву и камыш. И сейчас там сидел какой-то человек. Он был не похож на рыбака - потому что рыбак никогда не станет удить рыбу в пяти метрах от воды. И рыбак также не станет высматривать кого-либо в бинокль. Да и чаще всего на зорьке рыбаки всё равно одевают достаточно плотную одежду из непромокаемой ткани, которая по обыкновению чаще всего была либо защитного цвета, либо военного покроя.
    Лоцман поначалу быстро присел, чтобы на него нельзя было обратить внимание, но потом сразу понял, что из-за большого скопления шалашей никак не мог подсматривать за незнакомцем сам. Пришлось мальчику гусьим шагом пройтись около семи метров, что оказалось не такой уж лёгкой прогулкой, учитывая многочисленные кустарники и корни деревьев - ведь, мальчик хотел пройти как можно более незаметно. Через каких-то полминуты Лоцман уже сам мог из своего прикрытия кустов рассмотреть странного незнакомца.
    Тот действительно не был каким-либо рыбаком. Он пристально разглядывал сам лагерь в бинокль. Время от времени он крутился корпусом, чтобы рассмотреть делать в стороне, потом - плоты на берегу, потом - что находится дальше, за самим лагерем. Вполне возможно, что незнакомец пытался рассмотреть тех, кто ночевал в этом самом лагере. Бинокль значительно сужал широту восприятия окружающей местности и суживал то, что можно было заметить. Потому странный тип наверняка мог и не увидеть Лоцмана, который делал утреннюю зарядку. Как оказалось - крайне недальновидно и даже отчасти глупо.
    Для пущего удобства Лоцман даже прилёг на землю и немного прополз вдоль крайнего шалаша. В это время один из сучков зацепился за футболку. Мальчик обернулся, чтобы освободиться и не порвать одежду, однако перед ним сейчас предстало лицо Шлюхта. Именно он и держал своего помощника рукой.
    - Дальше не ползи! - Прошептал Шлюхт. - Он может увидеть!
    - А кто он? - Лоцман свернулся в калачик и притаился в кустах, посматривая то на тот берег, то на своего руководителя.
    - Я без понятия! - Шлюхт слегка приподнялся, чтобы лучше рассмотреть незнакомца, после чего опять опустился. - Но я тут уже минут двадцать смотрю за ним. И он просто рассматривает весь наш лагерь в бинокль.
    - А я тут ещё...
    - Я видел. Но не буду же я кричать на всю округу!
    - Он, может, меня и не заметил. Я же там...
    - Он тебя точно видел! Ну, не беда! - Шлюхт обернулся внутрь шалаша:
    - Я всех предупредил! - Послышался изнутри ещё один мальчишеский голос. - Все проснулись, никто не будет выходить. По цепи передал!
    - Отлично! - Шлюхт повернулся обратно к Лоцману. - Он тебя уже видел. Поэтому ты сейчас встанешь и ещё побегаешь. Можешь искупаться. А потом уедёшь за кусты.
    - И там быть?
    - Нет! Он за тобой посмотрит, вскоре устанет и попрётся в свою берлогу. Вот ты за ним аккуратно и пойдёшь. Постарайся не светиться. На всяк пожарный я ещё троих зашлю по твоим портянкам. Проводите до самого свинарника этого...
    - А он нам нужен?
    - Если он глядит за нами, мы должны узнать: зачем? И заодно расколоть, что за эксгибиционист такой в полях сыскался! - Шлюхт договорил и замолчал, посчитав разговор и раздачу указаний оконченными.
    - Эксги кто? - Переспросил Лоцман, не совсем поняв последних слов, которые он посчитал новыми жаргонными, а, следовательно, стоило выучить и применять при разговоре с остальными членами Ордена.
    - Ибист! - Послышался сдавленный смешок изнутри шалаша от неизвестного члена экспедиции.
    - Давай, Лоцман! - Шлюхт приподнялся и стал всматриваться в противоположный берег. - Вставай и побегай! А мы понаблюдаем! Волыны, кажись, у фраера точно нет!...
    
    
    Далее:
    IV часть
    V часть
    VI часть
    VII часть
    VIII часть
    IX часть
    X часть
    XI часть
    XII часть
    XIII часть
    XIV часть
    XV часть
    XVI часть
    XVII часть
    XVIII часть
    XIX часть
    XX часть
    XXI часть
    XXII часть
    XXIII часть