Литературная страничка



Тропы тайги. Повесть 2 - Тропа
Книга 4. 43

    Ранее:
       Книга 1
       Книга 2
       Книга 3

       Книга 4. 37
       Книга 4. 38
       Книга 4. 39
       Книга 4. 40
       Книга 4. 41
       Книга 4. 42

    

    Дорога вдоль реки шла всё такая же. Где-то требовалось обходить большие заболоченные заводи, где-то можно было шлёпать напрямую. Единственное, что увеличивало путь, - это спавшая вода. Когда мужчины поднимались всей группой вверх по течению, то двигались просто прямо. Не обращали особого внимания на то, какое именно дно. Да на него особо и не насмотришься под слоем воды с метр или около того. Сейчас же Витька отлично видел, где лучше не стоит идти. Хотя земля везде была очень переувлажнённая. И ноги могли увязнуть где угодно чуть ли не по колено.
    Но зато теперь не нужно было чувствовать себя постоянно мокрым. Да и в воде идти хуже из-за регулярного сковывания движений. Приходилось тратить лишние силы и при движении против течения. Сейчас этого не было. Лишь лёгкий тёплый ветер обдувал Витьку, испаряя редкие капельки пота, которые образовывались когда вдруг дорога начинала идти в горку или же приходилось продираться между кочек.
    Ко всему прочему собаки чувствовали себя просто потрясающе на воле. То они сидели на плоту и даже носа не показывали оттуда не то, что без лишней надобности, а даже по приказу хозяина. Никто из кобелей не хотел мочиться в прохладной воде, чтобы потом дрожать на ветре, обсыхая после речного неосторожного погружения. Когда вода значительно спала, неугомонность молодого пса давала свои плоды. Он носился, как угорелый. Подчас и обнаружить его можно было только одним способом: по движению кустов или по выпархиванию из болотных зарослей разнообразных пернатых. Пёс то и дело норовил поймать себе прибавку к ужину. Однако получалось только время от времени смешить человека.
    Витька несколько раз даже порывался подстрелить птицу, которая выпархивала из-под рыжих лап Арнольда, но всякий раз не успевал вовремя точно вскинуть ружьё, а просто стрелять в воздух не хотел - патроны были всё-таки нужнее, чем идея попугать округу, а заодно и молодого кобеля. Идти же постоянно с ружьём навскидку было достаточно проблематично и тяжело. Потому мужчина только охал и восхищался возможными гипотетическими охотничьими трофеями.
    Временами рыжий кобель уставал и тогда просто понуро брёл рядом с человеком, следуя примеру более опытного пса. Тот даже и не думал никуда бегать, не тратя силы, до тех пор, пока Витька не схватывался за ружьё. Только тогда охотничий пёс моментально преображался, превращаясь в некое подобие тела на пружинах, которое к быстрым и длительным передвижениям. А сама собака поднимала нос, чтобы и лучше видеть в траве, и иметь возможность включить обоняние.
    Витька даже решил не делать привал на обеде. Сил было вполне достаточно. Он даже не особо чувствовал усталости. И при этом день был просто потрясающий! Светило солнце, солнца было вполне достаточно. Но было достаточно и облаков, которые время от времени загораживали солнечные лучи, давая передышку. При этом температура была вполне комфортная: не ощущалось ни жары, ни прохлады. А река, протекавшая слева, ещё и увлажняла воздух. Настолько, что не хотелось пить, но не настолько, что человек изнывал бы от духоты и переувлажнённости!
    Только ближе к вечеру, когда уже солнце начало опускаться всё ближе и ближе к земле, встала достаточно существенной потребность ночлега. А потому мужчина стал выбирать себе место, где точно можно было бы чувствовать себя в полной безопасности. Памятуя о приключениях уже даже в этом путешествии, Витька решил постараться максимально удалиться от любых болот, где были бы ягоды и подтопления. Как неожиданное ночное наводнение, так и появление животных за лакомствами казалось примерно одним и тем же треволнением: ненужным и бессмысленным.
    Около четверти пятого дня мужчина заметил неподалёку впереди возвышение. Река там делала достаточно крутой поворот. И потому пришлось бы отойти несколько в сторону - вдоль одной из проток основного русла. Витька не помнил, чтобы это возвышение они проходили. Очевидно, оно осталось в стороне как небольшой островок, на который практически никто и не обратил внимание - ведь, и без подобных лесных островков хватало забот. Сейчас же можно было заранее перейти протоку рядом по броду, чтобы продолжить движение напрямик к основному ориентиру на горизонте в качестве горы. Однако это возвышение было чуть ли не единственным в ближайшем видимом пространстве.
    Идти дальше Витька сегодня не хотел. Потому что можно было неправильно рассчитать расстояние. Да и ко всему прочему - просто не угадать с выбором пути. Ведь, могли встретиться поймы или болота, которые пришлось бы огибать. И тогда темнота могла застать ещё в пути. А потому - только увиденная рощица. И только она. Пусть к моменту остановки и оставалось ещё около трёх часов светового дня. И это если брать по минимуму!
    Мужчина достаточно быстро набросал старых сухих веток с ближайших кустарников на землю. Они изначально предполагались в стиле матраца. Однако при прохладной погоде вполне могли сгодиться и на растопку. Сверху на них оказались трава и листья. И получилось вполне сносное обиталище, на котором можно было легко переночевать, особенно при сухой погоде. Нигде не кололо, нигде не упирало в кости или мышцы, было достаточно мягко, чтобы проваливаться словно в перину, хоть и с шумом трескающихся палок. Большего от подобных походных кроватей и не требовалось. Тем более - с ароматным букетом летних скошенных трав и сорванных листьев.
    Ужин оказался на редкость бесхитростным. Витька понял, насколько же он устал, только тогда, когда остановился и перестал передвигать ногами. А потому еду приготовил больше не для себя - потому что чувствовал, что может легко обойтись простым сухариком с водой, - а для собак. Они наверняка устали не меньше. И при этом не могли во время путешествия не могли позволить себе кусочек шоколадки или сухаря. Они, конечно, жевали какую-то траву. Но, ведь, никто и предположить не мог, что собаки бывают травоядными...
    Не смотря на достаточную простоту еды, как собаки, так и человек отдали ей должное уважение, не оставив буквально ни следа на тарелках. Причём тарелку Витьки буквально за мгновения успел вылизать рыжий кобель, лишь стоило мужчине оставить её в сторонке, потянувшись за чайником подлить себе кипятку. Однако сейчас путник был слишком устал, чтобы ещё и ругаться на собаку. Да и желудок был действительно до отвала набит, что существенно одобряло человека.
    Ещё было достаточно светло, солнце только-только опускалось ближе к горизонту. И оно даже стало теперь светить нещадно практически в лицо Витьке - просто именно так было примерно ориентировано его лежбище. Однако уставшего мужчину это уже никак не интересовало. Свет ему совершенно не мешал. Ведь, только коснувшись более-менее мягкой лежанки, он понял, насколько сильно устал в течение дня. И уже через двадцать минут после окончания ужина тихо посапывал, свернувшись на огромном клубе сена и листьев, словно специально приготовленных косарями на зиму.
    При этом костёр ещё должен был достаточно жарко тлеть. Витька специально положил несколько больших чурок одну на одну, закрепив их деревянными колышками. Прогорая, эти поленья должны были постепенно осыпаться, опуская остальные и постепенно поджигая их. Понятное дело, что особой потребности в жаре не требовалось. Однако под утро могло стать слишком влажно, если вообще не пошёл бы дождь. А разводить очаг с влажными листьями и корой не особо хотелось спросони.

    

    Далее:
       Книга 4. 44
       Книга 4. 45
       Книга 4. 46

       Книга 5
       Книга 6