Литературная страничка



Тропы тайги. Повесть 2 - Тропа
Книга 4. 46

    Ранее:
       Книга 1
       Книга 2
       Книга 3

       Книга 4. 37
       Книга 4. 38
       Книга 4. 39
       Книга 4. 40
       Книга 4. 41
       Книга 4. 42
       Книга 4. 43
       Книга 4. 44
       Книга 4. 45

    

    Витька вздрогнул и проснулся. Он буквально вскочил с земли и сделал глубокий вдох. Так, как будто ему несколько минут перед этим не хватало воздуха. Вдох получился громким и шумным. От резкого движения человека и странного втягивающего звука собаки, лежавшие рядом во время сна, подскочили и даже отпрыгнули в сторону. После чего один из кобелей - тот, что помоложе, залился лаем, возможно, реагируя на неожиданный подъём как на некие агрессивные действия со стороны Витьки.
    Мужчина присел на траву и ошалелым взглядом осмотрелся по сторонам. Он сейчас находился в лесу. На востоке только-только поднималось солнце, озаряя всё ярко-алым светом восхода. Место, где остановился на ночлег Витька, находилось на высоком берегу реки. Тут как раз воды резко поворачивают, и потому утёс является господствующей вершиной. С него до воды - около десятка метров. Достаточно удобное место, чтобы ночью во время сна не встать на пути идущего к воде какого-либо хищника. Ко всему прочему мужчина был научен горьким опытом уже нынешнего путешествия, когда за ночь невероятно сильно поднялась вода. Проснуться мокрым - не самое прекрасное пробуждение.
    Костёр, который был сложен таёжным способом, всё ещё горел. Кроме того - даже осталось одно полено, которое только-только начало тлеть. Пламя было хоть и не большим, но вполне достаточным для того, чтобы в момент создать очаг для приготовления полноценного завтрака. Дым медленно стелился над землёй. Подняться слишком высоко ему мешал утренний туман - он обволок все берега реки. И находился на некоторой высоте - как раз на такой, что был бы над Витькой, если бы он встал на утёсе. При этом туман был невероятно плотным. Судя по всему он вот-вот должен был осесть на землю. Дым же прибивался этим туманом, создавая в лесу причудливую прослойку серого цвета.
    - Чего ты рычишь? - Пробубнил Витька рыжему кобелю. - Ну, чего ты тут кабенишься?! - Он вытянул руку, чтобы погладить пса.
    Тот мгновенно завилял хвостом и, понурив голову, медленно пошёл к человеку. Собака сразу захотела ласки и перестала рычать. Старый же кобель, который тоже от резкого пробуждения человека подскочил, тоже пару раз вильнул хвостом. Но больше для приличия и демонстрации своего дружелюбного настроения. После чего тут же покрутился на небольшом пятачке и прилёг на траву. Он уже опять, казалось, заснул, когда рыжий молодой пёс принялся тереться о Витьку.
    - Приснится же такое! - То и дело потряхивал головой тот, жмурясь и разминая шею, словно это должно было помочь ему избавиться от некоего наваждения. - Ну, и ну!
    Витька поёрзал на заднице и таким образом несколько подполз поближе к костру, чтобы подкинуть побольше дров в костёр. По его телу бегали многочисленные холодные мурашки - то ли из-за утренней прохлады, то ли из-за приснившегося ему только что страшного странного сна. Если этот сон, конечно, приснился. Мужчина поёжился, стараясь согреться. Его одолевали крайне поганые и злобные мысли. И он никак не мог понять, насколько реально было только что увиденное.
    Собаки уже успокоились и теперь старались подлезть поближе к человеку. Рыжий пёс норовил сунуть свой нос всюду, где только можно было. Он вообще всегда был голоден и никогда не отказывался от еды. Даже если только что был сытный обед, кобель то и дело старался утащить что-нибудь вкусное мясное со стола. Как только Витька открыл банку с тушёнкой, то к нему присоединились и четвероногие. Каждый тянул свой нос поближе, стараясь уловить ароматный запах консервы. Потому пришлось даже накрыть металлическую банку дровами - чтобы не съели до закипания воды и варки макарон.
    Через двадцати минут уже было всё готово. Мужчина отложил себе примерно пятую часть приготовленного из килограмма. И щедро приправил всё это мясом консервы. Остаток консервы и основной жир он вывалил в ещё горячую лапшу, чтобы растаяло всё. Сверху уже была добавлена простая вода, набросан кусками хлеб. На это ушла целая буханка. А потому Витьке пришлось довольствоваться простыми сухарями - ведь, собаки тоже должны были получить еды, чтобы иметь возможность двигаться вперёд. Но при этом оставаться несколько голодными, чтобы прокормиться в том числе и в пути с помощью своих ног с зубами.
    - Лопайте! - Пододвинул каждой из собак по тарелке Витька, разведя кобелей в разные стороны, чтобы те ненароком не подрались, когда попытались бы выхватить чужой кусок.
    Собаки только крутились вокруг мисок, время от времени посматривая на человека. Еда ещё была достаточно горяча. Хотя молодой рыжий пёс то и дело норовил схватить хоть чуток. Это, понятное дело, обжигало его. И потому кобель время от времени скулил, жалобно выпрашивая кусок у мужчины, который уже уплетал свой завтрак за обе щеки. Старый кобель стоически смотрел на свою миску, иногда посматривая на молодого, чтобы контролировать все подступы. Ведь, рыжий пёс регулярно порывался попробовать из второй миски, предполагая, что там уже можно будет начинать трапезу.
    Когда человек покончил со своей порцией, собаки только-только начали есть свои. Они делали это медленно и осторожно, словно стеснялись кого-то. Время от времени то один, то другой кобель вытаскивал из своей миски огромный кусок хлеба и начинал его есть отдельно в сторонке - словно это было чуть ли не самое главное лакомство и всей еды, которое требовалось как можно быстрее употребить, пока этого же не сделал конкурент.
    Витька ухмыльнулся, глядя на подобное поведение псов. Он был сыт, а потому мужчине показалось, что его вот-вот потянет ко сну. Чтобы не заснуть, он решил было встать и походить, но лень и утренняя прохлада заставили его поёжиться и улечься на земле рядом с костром - немного вздремнуть после завтрака в тепле.
    Однако было несколько не уютно. Мужчина крутился из стороны в сторону, стараясь найти местечко поудобнее. Внутри его обуревали всякие разные страхи, догадки, мысли. И они никак не хотели и не могли сойтись к одной точке. Всё норовили разойтись в разные стороны, словно человек мог думать сразу о множестве самых разнообразных вещей одновременно. В голове поселилось непонятное волнение. Стоило закрыть глаза, как вновь, словно по заказу, появлялась зелёная живая изгородь. Просто кустарники. Однако Витька уже прекрасно знал, что скрывалось в этой зелени.
    Мужчина хотел заснуть. Потом - уже просто подремать. Невозможность закрыть глаза и не видеть эту пугающую картинку из сна делала желание хотя бы подремать неимоверно сильным. Просто непобедимым. Просто закрыть глаза и полежать на природе рядом с костром - что может быть лучше и приятнее? Тем более на сытый желудок!
    - Надо покурить! - Вдруг встрепенулся Витька. - Надо просто покурить! Курево меня всегда бодрило! И я же ещё с утра постоянно курил. Курил!... - Хлопал он по карманам, выискивая пачку сигарет.
    Вообще мужчина не курил уже достаточно долгое время. Он старательно избавлялся от вредной привычки. И направо и налево хвастался о том, что две пачки хватает легко не на день, а на пару недель. Если не больше. Также уже регулярно практиковалось то, чтобы оставить курево при поездке куда-то недалеко. Но затянуться сигареткой всё равно было приятно. Особенно в критической ситуации, когда необходимо было вправить мозги. Сам по себе никотин никак не мобилизировал. Но зато на одну проблему становилось меньше. Что уже было хорошо. Вот и сейчас в кармане достаточно быстро была найдена наполовину полная пачка сигарет. Которая и была извлечена на свет, стоило только о ней вспомнить.
    Витька медленно закурил, но некоторое время не делал затяжку. Словно это должно было стать неким таинством. Он дышал носом, ощущая тонкую струю дыма от горевшей сигареты. Табак ещё не успел разгореться полностью. И потому дымок был еле виден. И при этом не щипал глаза. Не приходилось зажмуривать тот глаз, с чьей стороны в уголку рта находилась сигарета. При этом воздух мгновенно наполнился ароматом табака. Раньше Витька считал этот запах отвратительным. И чувствовал себя не важно, стоило только его ощутить. Но сейчас это его сильно успокоило. Мужчина даже подумывал о том, чтобы просто положить сигарету рядом, не выкуривая её.
    Собаки яростно вылизывали свои тарелки. Особенно старался рыжий кобель. Он работал языком так, словно хотел вылизать всю металлическую миску разом. И не оставить ничего. После чего успеть ещё на раздачу второй пайки. Однако пожилой кобель, не проявляя такой активности в поедании, успел всё поглотить даже быстрее. И на данный момент пытался укусить саму тарелку - то ли вместо кости, то ли просто поточить зубы, которые могли ко всему прочему начать болеть.
    Витька наблюдал за поскуливанием псов. Они явно не наелись, в чём заключался расчёт на их дальнейшиё поиск еды для себя самостоятельно. Мужчину явно забавляло то, что животные дурачились, выражая свои отрицательные эмоции друг другу рычанием или просто недобрыми взглядами. У него же самого было отличное настроение. День начинался с радужных нот. И тонкого сигаретного дыма.
    Витька ухватился губами за сигарету чуть сильней и сделал затяжку..
    Он с превеликим удовольствием задержал дыхание, словно давал организму прочувствовать весь вкус табачного дыма, который после длительного перерыва показался ему действительно невероятно приятным и вкусным. Чтобы в кровь как можно больше поступило никотина и прочих веществ, которые так нравились Витьке, и которые и вызвали это привыкание. В идеале, наверное, мужчина был бы не против, если бы весь дым оказался бы в крови. Потому что сейчас это дарило ему необычайное и неописуемое удовлетворение.
    Наконец он выдохнул дым. С таким тягостным чувством, словно только что расстался с кем-то из близких ему людей. Однако вскоре сделал ещё одну затяжку. Потом ещё одну. И ещё...
    Витька присел поудобнее и курил с нескрываемым удовлетворением. Он даже подозвал поближе кобелей и то и дело гладил их ,таскал за холку и трепал по голове. Молодой пёс даже вскочил и стал лаять, так как разыгрался и чувствовал то же самое у человека в настроении. А тот курил, выпуская разнообразные облака табачного дыма: то колечками, то отдельными струйками, то чуть ли не корабликами.
    Вскоре стало ясно, что одной сигаретой такой перекур не обойдётся. Витька не успел заметить, как практически докурил до фильтра. И при этом так и не почувствовал спасительной расслабленности. Он не познал того знакомого чувства накуренности, какое бывало у него всякий раз после сигареты. То ли эта сигарета была слишком лёгкой, то ли из-за длительного перерыва и воздержания организм стал требовать намного больше никотина, дорвавшись до него - словно набирая его про запас.
    В костёр полетел сначала один окурок, затем - второй... Третий... Перерыв между куревом заметно сокращался. Четвёртую сигарету Витька уже буквально всасывал себя. Словно он ничем иным и не дышал. А просто втягивал в себя табачный дым, которым не мог накуриться. Однако пятую сигарету от подкурил уже с некоторой вальяжностью. Мужчина поднялся на ноги и стал медленно тушить костёр, чтобы не оставить после себя ненароком пожара. Во рту у него была сигарета, а правый глаз был прищурен - чтобы в него не попадал дым и не раздражал.
    - Ну-ка! - Витька ногой отодвинул в сторону лежавшего старого кобеля. - Отойди!
    Мужчина разбросал собранные вчера небольшие дрова, чтобы они не лежали в связке и не могли бы вспыхнуть одномоментно. После этого он быстренько поскидывал вещи в свой рюкзак, хотя особо и не раскладывал их, чтобы ничего не потерять при суете сборов.
    - Собирайся давай! - Кивнул он унылому старому кобелю, который даже и не пошевелился. - Идти уже надо!

    

    Далее:

       Книга 5
       Книга 6