Литературная страничка



Тропы тайги. Повесть 2 - Тропа
Книга 6. 61

    Ранее:
       Книга 1
       Книга 2
       Книга 3
       Книга 4
       Книга 5

       Книга 6. 56
       Книга 6. 57
       Книга 6. 58
       Книга 6. 59
       Книга 6. 60

    

    Очнулся Лёшка уже тогда, когда вокруг слышалось множество голосов. Они с трудом подчас перекрикивали громкое завывание ветра. Где-то неподалёку что-то буквально ревело, будто там работала одна из самых мощных вытяжек - наподобие тех насосов, которые ставятся рядом с трубами котельных, чтобы обеспечивать хорошую тягу. Было сносно, но хотелось бы потеплее. Потому что мужчина ощутил по телу неприятные мурашки и поёжился.
    - Кажется, очнулся, друган! - Приободрил в этот же момент голос Вовки, который раздался практически рядом с ухом. - Ты как? Спина побаливает?! - И товарищ слегка похлопал мужчину по спине в разных местах.
    - Болит! - Лёшка приподнялся и осмотрел всех: в сумраке около огня печи, словно в стародавние времена сидела вся компания. - А вы чего это тут такой интим устраиваете?! Перед огнём в темноте сидите?! Или уже ночь?!
    - День! - Протяжно отметил Андрей. - Ещё день! Обычный день.
    - Половина четвёртого! - Посмотрел на часы Витька. - Правда, кажется, словно время очень и очень медленно идёт. Вам так не кажется?!
    - А почему тогда темно-то так? - Алексей поднялся и потянулся, стараясь не делать слишком резких движений, потому что спина с ушибами практически сразу напомнила о себе. - Как будто темень!
    Мужчина осмотрелся. Внутри дом сейчас напоминал какую-то крепость, которая была приготовлена к достаточно длительной осаде. Все окна, которые ещё день назад обеспечивали чуть ли не освещение как на улице, сейчас был скрыты за большими поленницами. Мужчины всё-таки основательно потрудились, чтобы доделать всё изначально запланированное. Поленницы шли небольшими уступами, постепенно понижаясь при удалении от окна. Так сама конструкция была намного устойчивей. И теперь даже при самых сильных порывах ветра не произошло бы того разрушения, что стряслось с самим Алексеем. Помимо этого на поленницы были поставлены под углом редкие скамейки. Так что теперь приходилось всем расположиться на полу. Благо, что он не был слишком холодным, а одеял хватало, чтобы не испытывать ломоту и тяжесять после в суставах всего тела.
    Весь дом от этого мгновенно помрачнел. Вполне возможно, что дрова были уложены не слишком плотно. И сквозь них мог пробиваться солнечный свет. Если бы он был. Но сейчас мужчина мог видеть, как слегка колыхались брошенные в совершенном беспорядке на эти деревянные нагромождения тряпки. Значит, сквозь них проникал ветер, он заходил в дом. Но солнце не было.
    - Половина четвёртого?! - Переспросил Алексей. - А за окнами, как будто раннее утро перед рассветом!
    - Нет! Только не раннее утро! Столько мы провозиться не могли!
    Вовка приподнялся и взглянул в небольшое окошко с подветренной стороны. Окошко больше напоминало некую бойницу. Словно это было небольшая щель с замковой башне, из которой по штату и по канонам средневековых войн полагалось поливать наступающие части армий противника смолой, кипятком и чем-нибудь ещё более неприятным. Лёшка внимательно смотрел за всеми действиями товарища. И сейчас обратил внимание на то, что волосы, которые были примерно средней длины и закрывали шею примерно на три четверти, сейчас потянуло в сторону этой самой бойницы. То есть воздух выдувался именно туда, что однозначно говорило и наличии сквозняков. Просто мужчина находился в данный момент в относительно спокойном углу.
    - Нет! Там темно! От того урагана! - Проговорил Вовка. - Там прям вообще ничего не видно!
    - Хоть бы молния какая ещё ударила! - Прошептал Стас. - А то ураган такой прёт! Гудит так,что просто слов нет. И темно! Обычно когда ночью ураган, то временами молнии! Как свтанут всё!
    - В такие моменты здорово на реке наблюдать за такими молниями. - Поддержал Витька. - Главное только, чтобы у тебя была хорошая крыша над головой, а не какая-то хилая и хлипкая палатка. Но и опасно! В реку попадёт молния, а ты рядом - светанёт так, что мало не покажется.
    - А ток как по воде пойдёт? - Вдруг из темноты вымолвил Дима каким-то практически заупокойным голосом. - В раные стороны? И потом как-то оседает?! Ослабевает?
    Лёшка почувствовал по спине мурашки. Что-то не так было с его товарищем. Голос был Димкин, но не совсем его. Словно мужчина за то короткое время, пока сам Алексей находился без сознания, изменился. Это не было похоже на осиплость или простуду. Нет, это больше напоминало какую-то шепелявость, утоньшение и уплотнение голоса. Как будто кардинально изменилось строение горла у мужчины, а сам он решил тренировать связки, чтобы пойти в музыкальные учебные заведения. При этом Димка как будто специально сел в темноту. Так, чтобы его было практически невозможно увидеть. Свет от печи был и без того скудный. А в довершение ко всему он терялся и не мог преодолеть совсем плотную стену из Пятерых мучжин, сидевших кружком. Отдельно находились только Лёшка, который очнулся рядом с этим кругом, и Димка. Внутри этого импровизированного круга лежал на одеяле на спине Сашка. И его Лёшка тоже только-только увидел.
    - А чего это вы с ним? - Робко поинтересовался мужчина,почувствовав как у него в один момент пересохло во рту. - Как жертвоприношение тут устроили?!
    Мужчина поднялся на ноги и нехотя подошёл к полукругу, чтобы получше рассмотреть, что же именно творится сейчас, и понять, что творилось в то время, когда он был только физически. Однако Лёшка был готов в любой момент, что называется, дать дёру, если действительно что-то пойдёт не так. Как знать: вдруг прошло слишком много времени, пока он был без памяти. И вся ситуация кардинально поменялась. Тогда, вполне возмжно, можно было благодарить любые таинственные силы, что не он сам оказался на одеяле в качестве некоей жертвы.
    - Совсем охренели!? - Добавил Алексей, боязненно озираясь по сторонам, больше интуитивно выискивая себе союзника, которым в принципе в идеале мог стать находившийся в темноте Димка.
    - Да он дрыхнет! - Махнул рукой Стас. - Тоже получил по голове, когда мы дрова бросали!
    - Это я попал! - Как будто с гордостью улыбнулся Рома. - Правда, он сам до этого ещё упал, ногу подвернул. А потом уже моё полено ему засветило!
    - Тачдаун! - Громко крикнул Витька, согнув руку в локте и сделав энергичное движение сверху вниз по направлению к ногам.
    - Скорей тогда "хершот"! - Протяжно отметил Андрей, растянув букву "О". - Оклемался?! - Обернулся он к Алексею, по инерции продолжая говорить тот же звук, который плавно перешёл в зевок. - А за тебя реально переволновался! Такой грохот был! Ещё и сосна падает! Там такое светопредставление было!
    - Ага! - Подхватил Стас. - А потом ещё и как будто свет выключили! Вместе с падением! - Рассмеялся он, словно вспомнил что-то действительно интересное или же просто отойдя от того пережитого шока, который в памяти сейчас остался действительно забавным моментом.
    - С падением?! - Недоумевал при этом Алексей. - С каким падением?!
    - На дом сосна упала! Там вон ураганище какой завывает! - Стас потянулся в сторону и взял несколько небольших палок, которые часто составляют обычный сор на земле в лесах. - Сколько хвороста нам наломал! Даже без Саниных умений нам дров может хватить на полгода вперёд! Можно забить весь дом! И нахрен сжечь! - С этими словами мужчина бросил хворост в огонь, который, казалось, поглотил новое топливо чуть ли не в один момент.
    - Прощальный такой фейерверк! - Поддержал слова Сашка, который, как оказалось, не спал и не был без сознания, а просто лежал, закры глаза. - Чтобы вырваться отсюда.
    - И этот теперь очнулся! - Отметил Димка из темноты.
    - Я уже давно очнулся! Просто лежал и не двигался, чтобы послушать, чего вы про меня плохого и хорошего говорите! - Сашка почесал нос. - Вот лицо уже чесалось, аж не мог! А вы хоть бы слово хорошее обо мне замолвили! Никакой награды! Одни убытки! Физические и моральные!
    - А воет тут у вас что?! - Алексей сделал несколько шагов поближе к огню, потому что почувствовал себя уверенней, а с уверенностью ни с того ни с сего налетела усталость и зябкость. - Как топка паровоза! Топите-топите, а тепла нет!
    - Это, насколько я понимаю, так ветер сверху задувает! - Стас пошевелил длинной палкой хворост, отчего тот в очаге поломался, вызвав краткосрочный всплеск пламени и жара. - Потому и тяга хреновая! Дым почти не выходит наружу. Приходится по чуть-чуть топить!
    - Труба?! - Кивнул в сторону печи Алексей, явно не доверяя таким словам.
    - Труба! - Кивнули практически синхронно все сидевшие полукругом.
    - Причём тут же двояко всё! - Добавил Стас. - Труба тут! - Он похлопал по стене двери. - И труба, по ходу, всем нам! - Мужчина улыбнулся и осмотрел всех практически по очереди, не встречая никаких возражений или пререканий, какие однозначно бы последовали даже неделю назад.
    В доме воцарилось молчаливое спокойствие. Мужчины как будто смирились со всем тем, что с ними произошло. Шестеро просто молчаливо уставились на огонь в печи. Один молчаливо лежал на спине, закрыв глаза. А восьмой находился вне зоны видимости, и потому нельзя было точно сказать, чем именно он занимается. Алексей только сейчас сообразил, что в печи стоит небольшой котелок с водой. Вполне возможно, что друзья решили что-либо приготовить. Или же просто вскипятить воды попить чай. Однако огонь горел настолько слабо, что от воды шёл только слегка заметный пар. И вряд ли в ближайшее время можно было ожидать огненного кипятка.
    Мужчины столпились около печи. Как будто это было чуть ли не единственное, что вообще напоминало о том мире, из которого они волею судеб были выдернуты. Огонь, пусть и слегка, но согревал. И старался пронзить темноту, рассеять её, осветить как можно большую площадь. Однако мгновенно терялся, стоило лишь отлететь лучам света на пару метров. Это было отлично видно из темноты, где сидел Дима. Он уже относительно неплохо приспособился к сумеркам. Глаза постепенно привыкли к полутьме. А угол обзора на более освещённые куски дома помогал ему ещё больше.
    Мужчина сидел на небольшом возвышении. Тут пол был несколько неровным. Посреди самого здания были небольшие колонны. Всё-таки расстояние между стенами было относительно большое - дом явно был рассчитан чуть ли не на богатого жителя, который может себе вполне позволить немалое количество строительных материалов. И потому строители, явно не обладающие высшим строительным образованием, решили подстраховаться и поставить по центру колонны - примерно в тех местах, где промежуточные балки держали края брёвен. Как ни старались бы строители, вряд ли они смогли бы получить нормальные брёвна требуемой длинны. Либо же их пришлось бы обтёсывать настолько сильно с одного из краёв, что они бы превратились просто в щепки. И не смогли бы выдержать веса крыши. Такого ровного строевого леса в этих краях явно не было. места были относительно обжитые. И при том - ещё из зоны смешанных лесов. Где сосны и аянские ели не достигали своих максимальных высот за столетия.
    В этом месте стояли небольшие колонны, которые отчасти напоминали мачты, что уходили куда-то высоко вверх. Единственное их отличие от аналогичных сооружений на кораблях и суднах заключалось в том, что на них не было многочисленных поперечных планок. Только одна - которае крепилась сверху и держала как раз перекрытие. Но из-за каких-то причин вся конструкция несколько деформировалась. То ли дерево слишком сильно высохло, а изначально не было подготовлено как следует. То ли сами строители слишком сильно перемудрили. Но одно было ясно и точно - эти самые колонны в некоторых местах приподнялись вверх. Так, словно потолок остался на месте, удерживаемый скреплёнными брёвнами перекрытий и иными опорами. А некоторые мачты были прикреплены к потолку, и при том - хуже, чем имеющееся основание снизу. И потому, повинуясь крепежу, брёвна просто поднялись, увлекая за собой и приклрепленный паркет. Тем самым образовывалось рядом с мачтами-опорами выпуклость. Что не могло не выделяться. На подобном месте, где словно из-под пола пыталось вырасти нечто жизнестойкое и при том - невероятно мощное, и присел Дима. Получилось так, что не уставали ноги, и при том можно было их вытянуть вперёд. Практически низкий табурет, у которого была и спинка в виде бревна-мачты. Если расположиться рядом с подобным выступом и постелить нечто более-менее мягкое, то наверняка человек мог и не использовать подушку - голова и так была бы практически на одном уровне с телом. Что обеспечило бы вполне сбее приятный и крепкий здоровый сон без каких-либо головных болей утром из-за неправильной и не совсем нормальной ориентации тела.
    Дима сидел, облокотив руки на бёдра и подперев ими голову. Он то и дело проглатывал слюну - практически каждые десять секунд. Словно мужчина был невероятно голоден и при том никак не желал подойти к друзьям, чтобы попросить что-либо приготовить из еды. Во рту сейчас творилось нечто невообразимое. Последний раз на своей памяти мужчина подобное испытывал тогда, когда ему выдирали коренной зуб справа с верхней челюсти. Тогда пришлось стоматологу изрядно повозиться. Он то и дело увеличивал размер инструмента, которым пользовался, опускал чуть ниже кресло, направлял свет. А зуб не хотел покидать насиженное за почти тридцать лет место. И от того поломался на несколько кусков. Не удивительно, что после операции во рту было огромное количество крови, а десна долго не хотела заживать. Ещё за сутки до операции щека опухла довольно основательно. И теперь из раны начал выходить гной. Он шёл медленно, словно просачивался буквально по капелькам каждую минуту без остановки. И смешивался со слюнями, превращаясь до ужаса отвратительную на вкус субстанцию, которую то и дело хотелось просто-напросто выплюнуть. И так - в течение пары суток без остановок и без перерывов. Во рту всегда отдавало чем-то кислым, горьким, неприятным и с таким вкусом, словно Дима целовался несколько часов подряд с металлической трубой на турниках во дворе дома.
    Дима то и дело причмокивал, словно это ему бы помогло избавиться от становившегося уже тошнотворным вкуса во рту. Он попробовал пить воду. Однако помогало это ненадолго. Да и вскоре уже просто расхотелось пить - наступало перенасыщение именно водой. Полоскать рот же или просто сплёвываться было вряд ли уместно - вполне возможно, что никто бы из товарищей не оценил такого наплевательского поступка в том же самом месте, где были и все они сами. Потому мужчитна время от времени наклонялся за колонну и аккуратно плевал в небольшую дырочку, которую по странному стечению обстоятельств смог-таки разглядеть в темноте. Взгляд Димы то и дело концентрировался на чайнике, который стоял около огня. Конечно, жара практически не хватало для того, чтобы вода закипела. Но она однозначно была тёплой, горячей. А, значит, чай можно было какой-никакой заварить. Казалось, что сладкий напиток сможет удалить этот металлический вкус. Однако мужчина несколько стеснялся этого, как будто в один момент стал бояться своих товарищей, с которыми было пройдено немало тяжёлых испытаний ранее.
    Неожиданно Дима почувствовал некоторый холодок, который ни с того ни с сего прошёл словно струйкой по руке - примерно в том месте, где на правой ладони было основание большого пальца, а затем чуть далее - вплоть до кистевого сустава наискосок. Мужчина глянул вниз .Кожа в этом месте, такое ощущение, светилась. Или несколько блестела. Как будто что-то или кто-то оставило блёстки, на которые случайно совершенно стал падать скудный свет от печи. Однако источника странной прохлады и блестяшек не было заметно. Вполне возможно, что бабочка или какое иное насекомое просто пролетело и скрылось в сумерках.
    - Что тут поделаешь! - Крякнул буквально от досады Димка и сам даже удивился, насколько странный и необычный получился звук. - Ну, и дела!
    - Такие дела! - Услышал он голос откуда-то позади, отчего просто подпрыгнул на своём месте.
    Мужчина быстро поднял голову. Да! Впереди перед ним находились всё те же семь фигур. Всех можно было отличить. Даже Сашку, который всё также продолжал лежать внизу прямо непосредственно перед печью. Все продолжали смотреть на горящие поленья и веточки в печи, словно медитировали и ушли в нирвану от этого своего занятия.
    - Уставились в печь, как будто там сейчас ответ найдут! - Дима тяжело вздохнул и опасливо озернулся, стараясь понять, что тут вообще происходит с голосами и странными ощущениями на коже руки. - А вот ответа нет и, как знать, может и не будет!
    - Ты что там шепчешь?! - Бросил достаточно громко Алексей, не оборачиваясь, а только приподняв руку и помахав ею, согнув в локте. - Чего ты там-то?! Мне что-то?
    - Да я так! - Дима подогнул ноги под себя, отчего ему пришлось пересесть и вновь посмотреть вниз - чтобы понять, как сесть так, чтобы не упасть.
    - Точно?! - Голос Алексея перешёл как будто на крик и жутко раздражающий писк буквально за пару мгновений, преодолев вообще все рамки разумного и слышимого предела и как будто даже переходя на некий ультразвук, который вот-вот мог разорвать голову изнутри одним своим появлением и нахождением. - Точно?!
    Димка поднял голову, чтобы заставить товарища прекратить так орать. Потому что со стороны даже показалось, словно всё вокруг ходуном заходило. Наверное, это просто был порыв ветра, который всё также старался раскачать основательно потрёпанный уже дом. Но совпало это очень точно, как будто Алексей подгадывал и прекрасно знал, когда налетит ураган с очередными силами. Ко всему этому мужчина изменился до неузнаваемости. Его лицо невероятно сильно распухло, стало практически круглым. И его наверняка можно было бы сравнивать с шаром, если бы не ужасные порезы и морщины, в которые превратились рот и глаза. Голова как будто находилась под некоторым очень сильным давлением, а единственное, что старалось выдержать это напряжение - не кости черепа, а сама кожа. Котороая ко всему прочему приобрела зловеще-угольный оттенок. Так, если в какой-то момент, когда Дима не видел, Алексей изо всех сил рухнулся в золу, невероятно сильно обжёгшись об имевшиеся и до конца так и не погасшие в пепле угли.
    Мужчина медленно двигался от печи к Диме. Он отошёл на несколько шагов в сторону, чтобы легко обогнуть сидевший полугкруг остальных друзей. И те так ничего и не увидели, словно действительно ничего и никого не видели. Что не могло радовать Диму. Он даже подскочил на ноги. Казалось ещё совсем недавно, что его в темноте никто и не видит. Он был вне источников света. И потому с освещённого места в сумрак вообще не было смысла вглядываться. А тут Алексей смотрел непосредственно на него. Словно вместе со своим уродством приобрёл и остроту зрения чуть ли не в тех спектрах, что недоступны просто обычным людям и животным. Мужчина двигался словно на каких-то животных инстинктах, аккуратно огибая спины друзей. Настолько неспешно и тихо, что это просто убивало от напряжения.
    - Ты чего?! - Дима попятился несколько назад. - Ты чего!? Ты обжёгся?! Может, тебе рану осмотреть?! - Дима говорил всё тише и тише в противоположность к двигавшемуся к нему человеку:
    - А ты? - Алексей несколько шипел, и в это время из лёгких, казалось, выходил совершенно весь воздух, а потому у того сейчас получалось только короткими фразами говорить. - Как сам?! - Но при этому мужчина продолжал двигаться мелкими шагами. - Как сам считаешь?!
    Алексей вытянул вперёд руки, как будто хотел ухватить Диму в стиле придуманных сказочных персонажей в стиле зомби и вампиров. Эта картина была настолько сюрреалистична, что просто сложно было представить, что она происходит наяву. Скорей это был просто розыгрыш - с более-менее отличной игрой, но просто отличными декорациями и масками. Дима уже собирался просто подбежать и сорвать все эти эмоции вместе с с кучей папье-маше, что использовал Алексей. Мужчина уже поразмысливал над тем, не испачкает ли он о грязно-землянистое лицо свои руки. Однако тут оберунлся сидевший до того спокойным Вовка. И его лицо тоже было совершенно не узнать. Вообще можно было сказать, что это был Вовка только по одежде. Вместо лица сейчас были сплошные рваные раны и просто приживлённые в беспорядке куски мяса и кожи.
    Такой вид отпугивал, такой вид устрашал, такой вид доводил до дрожи во всех частях тела. Хотелось сорваться, встать и убежать, не разбирая ни дороги, ни пути, ни направления. А только бежать... Бежать туда, где нельзя будет увидеть этого страшного лица. Панический страх охватил всего Диму мгновенно, не давая опомниться и разобраться. На лбу проступил пот, который собрался даже не в капельки, а в настоящие целые ручьи. Как будто кто-то взял и вылил на него целый ушат воды. Просто мужчина этого не заметил по причине своей концентрации на объекте своих страхов.
    - Там темно! От того урагана! - Вдруг начал зловеще говорить огромная голова со шрамами, которая по идее была Вовкой. - Там прям вообще ничего не видно! - Он мотнул головой, практически боднулся; и только после этого можно было заметить, что один из шрамов и открывался; вероятно, это и был предполагаемый рот, откуда доносилось шипение и скрип вместо нормального голоса.
    - Иди! - Вдруг шепнул ему сзади голос, и Дима вновь почувствовал холодок на коже - сейчас в районе запястья, где вновь остался некоторый след из блёсток. - Иди в реку! Скорей! Тебя в темноте никто не увидит! Молнии редко идут!
    - А ток как по воде пойдёт? - Процедил Дима. - В раные стороны?
    - Молния не ударит в реку! - Настойчиво повторял голос. - А если и ударит, не причинит тебе ничего! - Голос был действительно похож на человеческий: вполне себе мягкий, женский.
    - И потом как-то оседает?! Ослабевает?
    - Молния - она лишь яркая для глаз! Много света, но ничего! - Добавлял голос, пока Дима ощутил, что теперь по всей коже пошли лёгкие касания - вполне приятные, несколько волнующие и даже вызывавшие блаженный трепет.
    Дима подпрыгнул буквально на месте. В этот момент его как будто кто-то ухватил за плечо. Чья-то рука опустилась не только неожиданно, но и сильно. Правая сторона туловища буквально просела и начала сильно болеть. Мужчина постарался выпрямиться, однако ничего не получалось. Словно его придавил какой-то столь тяжёлый груз, какой вообще можно было сравнить по весу только с огромными брёвнами. Если не с самим домом. Однако сложно было представить, что крыша дома упала на него. Мужчина задёргал головой в разные стороны. Но это только лишало его последней возможности контролировать своё тело и более-менее ориентироваться в пространстве. Он вообще потерял из виду своих товарищей. И это только вселяло панику больше и больше. Дима уже мог представить для себя самого, что это они придавили, буквально пригвоздили его к полу, не давая и малейшего шанса выбраться.
    - Что вы! - Еле слышно прошептал Дима, чувствуя, как будто на него давит нечто, сравнимое по силе с грузовиком не только на плечо, но и на горло, всё усиливая и усиливая свою хватку. - Что вы... - Мужчина постепенно затихал, не ощущая в своём теле больше сил спопротивляться с каждым последующим мигом. -Что?! - Предпринял он очередную попытку выбраться из-под груза, который всё больше и больше напоминал нечто воображаемое, но не вообразимое. - Зачем?! Почему?!
    Дима медленно присел на пол, движимый скорей помешательством от осознания все нереальности ситуации. Он видел всё также лица и гримасы его товарищей, или даже не товарищей, а тех чудовищ, в которых превратились Алексей и Вовка. А они, словно в насмешку, и не думали подходить ближе, что-то кричать, угрожать, забирать. Они стояли практически на одном и том же месте, лишь изредка двигаясь, но и то, наверное, лишь с целью скорчить и изобразить очереднёю физиономию на своих и без того просто ужасных лицах. Они стояли и столи, как некоторая насмешка и издёвка над пришедшим в полное отчаяние Димой.
    Тело постепенно опускалось всё ниже и ниже. И с каждой последующей секундой усиливалось ощущение, что на него давит всё больший и больший груз. Потому Дима стал уже мешком опускаться вниз - практически без сопротивления и напряжения. Однако он при этом не падал. Так, если бы его действительно кто-то поддерживал, не давая удариться о твёрдый пол, чтобы не получить уйму синяков и шишек, переломов и ссадин. Дима ещё предпринимал попытки что-то крикнуть, с кем-то пообщаться, но движения становились всё медленней и медленней. А во рту всё налилось металлическим вкусом. Мужчина попытался сплюнуть, однако губы уже не подчинялись хозяину - как если бы их плотно сдавили или даже сшили. Мужчина постарался сделать последний рывок, чтобы приподняться, но и он был тщетен. Дима ощущал, как на него давит огромный груз - как будто с каждой минутой невидимые неизвестные грузчики наваливают на него всё новые и новые мешки с мукой - тяжёлые, плотные, тягучие, не дающие ни малейшего шанса подняться и начать работать, начать жить, начать дышать полной грудью.

    

    Далее: