Литературная страничка



Записи дневника
24 ноября 2011 года
Новый налог

    Третий месяц третьего лета третьего пришествия проходил на редкость буднично и скомкано на необычные новости, а то и вовсе на сенсации. Где-то что-то там колосилось, выросши на богатых почвах. Кое-где дымилось, закрывая плотной пеленой небольшие деревни, а то и вовсе крупные населённые пункты. В некоторых местах даже горело, не успевши погаснуть от действий пожарных и спасателей, толи из-за нерадивости охотников и рыболовов, а толи от большого содержания в пожарной пене нефтепродуктов, которые теперь уже не жалели на безопасность, и снабжали соответствующие органы бочками. Руководство страны, как всегда, трудилось не покладая рук. Настолько плотно взялись, что даже и не имели никакого периода между очередной жатвой кукурузы, во время которой никуда без первых лиц, да новым каким-нибудь саммитом на неизвестную тему.
    Наверняка всё это обсуждалось в кругах – узких или широких, образованных или бесталанных, трезвых или здраво мыслящих – людей. В каждом по-своему. Кого-то это касалось больше, кого-то живее… кто-то точно знал, что нужно исправить, чтобы можно было одновременно и жать, и испытывать новейшие информационные технологии. Не исключено, что были и те, кто жаждал скорейшего вступления в силу закона о разрешении ношения огнестрельного оружия, но при этом сетовал на слишком серьёзную охрану у первых лиц.
    И в этот период всеобщего согласия и накопления сил и компромата перед ожидавшимися только через два года очередными выборами для многих совершенно незаметно прошла статья о введении новых налогов для населения. Закон вступал в силу с нового, 2016-го, года, обозначая тем самым и дату начала действия очередных пунктов Налогового кодекса. Да что там для многих? Что я такое говорю-то? Я сам лично прочёл об этом в газете двухмесячной давности, сидя прохладным осенним вечером в кафе. И настолько меня увлекла невзрачная статья, что я в кои-то веки решился на преступление! Взял да и украл десятирублёвое средство массовой информации, чтобы дома уже ознакомиться подробнее.
    Ведь, эта статья ознаменовала новую эпоху в жизни страны! Разрешалось говорить абсолютно всё! Отменялись целым списком статьи из уголовных и прочих кодексом, начиная с элементарной клеветы и заканчивая тяжеловесами в стиле национализма, ксенофобии и пропаганды теорий фашизма и свержения государственного строя! Вот она, самая настоящая демократия в действии! Я даже порадовался, что дожил до такой свободы слова. А, ведь, что нам только не рисовали утописты да оппозиционеры в своих интервью и статьях. Нет же! Обманулись!
    Вот только за такую вот демократию, как в своё время за коммунизм, нужно было платить. Строго определённую цену. Можно постфактум, лучше – заранее.
    Так вот сразу и представилась картина, как могли товарищи люди, выдумавшие данный закон, обсуждать его!
    «Надо ввести налог на мнение. Если хочешь говорить то, что хочешь и считаешь нужным, плати! И без разницы, что говори!» - говорил бы изначально один.
    «Да нет! Не стоит так вот называть этот налог. А то того и глядишь, возмущаться начнут… бунтовать!» - возражал, наверняка, второй депутат или работник администрации президента, придерживаясь более умеренных взглядов. – «Путь всё остается, как было!»
    «Ну, отчего же! Я полностью согласен с этим предложением! – обязательно бы подключился к разговору проходивший мимо какой-либо заместитель чего-нибудь где-нибудь. – Нужно только красивей обозначить этот закон. И сделать более прозрачные итоги действия этого налога. Чтобы не было возмущений. И, конечно, назвать бравурно. Чтобы ни у кого и мысли пакостной не закралось».
    «А как же пропустить это через первых лиц? Всего через два года выборы. И если мы к ним приурочим и введение новых налогов… налоги, ведь, сразу после избрания нужно повышать!» – продолжал бы упорствовать умеренный.
    «Так цель придумать ясную. Чтобы и народу было понятно, и президенту идея бы показалась великолепной. Например, если это налог на мнение и свободу любого слова, можно, к примеру, изначально все деньги от налогов отдавать на развитие науки. Мол – даже словами жители страны могут поддержать инновационное развитие страны. И нам меньше нужно будет думать, сколько из бюджета денег этим учёным давать. Эка сколько насобираем с налогов!»
    «Правильно, товарищ Первый! – подбадривал бы начинания смелого политика господин заместитель. – Вы только придумайте название красивей и нейтральней. Чтобы ни злости, ни возражения ни у кого не было».
    «Будет исполнено, господин товарищ барин! – смело бы брал под козырёк начинатель и шёл думать со всё ещё сомневающимся умеренным название закона».
    И, ведь, обязательно придумывал. Нейтральный «налог на поддержку инновационных проектов» сразу же получил одобрение в отечественных реалиях – за него ухватились оба руководителя страны, оторвавшись ради этого даже от очередной посевной. Особенно после того, как были сделаны подсчёты, что граждане, покупая себе демократическую свободу слова, в конечном итоге собирали настолько огромную сумму денег на поддержку инновационных коллайдеров, что аналогичное количество можно было бы собрать разве что только путём очередной коллективизации, только на этот раз не крестьян, а юристов, экономистов, психологов и прочего люда, которого накопилось порядком.
    Увлекательнейшее чтиво я прочёл этой осенью! Настолько увлекательное, что улыбка не сползала целую неделю. А шуточки отбрасывал до самого нового года. До того момента, как решил заплатить налог на поддержку инновационных проектов.
    Заплатил. Немного – всего за двенадцать тысяч в год могу говорить всё, что угодно о полиции, госаппарате, политиках и партиях, экономическому развитию Отечества и армии. Тридцати тысяч за клевету на любого гражданина, пятидесяти за ксенофобию, национализм и фашизм, а также ста за любую политическую деятельность мне было всё-таки жалко. И я не стал брать. Зачем? Унижать я никого не собираюсь, а политикой не интересуюсь в промежутках между очередными демократическими выборами!
    К моему удивлению немногие мои знакомые последовали моему примеру. Кому-то было просто жалко денег. Кто-то говорил, что итак может спокойно поговорить «за жизнь» на кухне. А кто-то решил в случае чего платить постфактум. В общем, государство не досчиталось огромного количества денег на инновации, но, видимо, по этому поводу не особо сильно переживало. И делало вид, что всё идёт по плану. Первые три месяца… и люди расслабились – очередные инициативы не выполняются должным образом. А виновных в нарушениях даже не пытались наказать. Мои знакомые на каждом углу поносили всё и вся и издевались надо мной, что я потратил на это деньги, в то время, как они говорят то же самое совершенно бесплатно!... а потом началось…
    Арест первых ста тысяч человек за неуплату налогов прошёл практически незаметно. Всё-таки было в провинциях… Ничего в крупных городах-столицах не менялось. Центральное телевидение не голосило на всю страну о нарушениях. А вот миллион задержанных и осуждённых административными штрафами за одну неделю в столице незамеченным пройти просто не мог.
    Все кричали и возмущались. Но за это большинство из них по второму кругу привлекали за неуплату налогов. А подчас и по третьему сразу. Немногие бросились покупать индульгенции, дающие право на слово. Остальные решили молчать да помалкивать.
    И, знаете, что было самое обидное? Я лишился огромного количества хороших знакомых! Очевидно, что они продолжали обсуждать все проблемы, подлежащие под новый налог, у себя на кухне друг с другом. Но, видимо, решили, что я, как купивший себе право на слово, буду на них стучать в правоохранительные органы. Чтобы их вязали за неуплату налогов. Наверняка, такое было у многих. В конце концов по далёким сообщениям через социальные сети я узнавал, что и они разбредались по разным кухням, всё усиливаясь в своей мнительности. И речи теперь произносить стали исключительно про себя, игнорируя даже жену или сына.
    На троих собираться теперь стало плохим тоном. Большинство себе это не могли позволить – не очень-то и дёшево обходился налог для простых обывателей, а под градусом того и гляди, что чего-нибудь ляпнешь невпопад. А зажиточных людей и господ с достатком у нас издревле не любили.
    Митинги политических партий проходили не так оживлённо, как раньше. Конечно, сами представители могли говорить и говорили всё, что пожелают. Им партии специально покупали на это допуска. Но что это меняло? Люди, стоящие вокруг или рядом, не могли ничего говорить – ведь, они сами так и не уплатили налог. Только думать… и наглядная агитация превращалась в фарс на глазах полицейского патруля, высматривающего, кто из митингующих в очередной раз будет привлечён за неуплату налогов. И молчаливые граждане со злостью и обидой смотрели на наглых самодовольных богатых оппозиционеров, которые нашли лишние сто тысяч на то, чтобы говорить всякие пакости. Ну, как за такого халуя можно голосовать?
    Но никто не возмущался по поводу самого налога. Во-первых, опять же из-за отсутствия открепительного допуска. А во-вторых – идея-то хороша и грандиозна. Куда нашему Отечеству без развития инновационных технологий? А те, кто выступал против налога безусловно были консерваторами, выступая тем самым против развития современных технологий, смотрящих уже в двадцать второй век.
    Лично я решил уплатить налог и на следующий год. Мало ли что – хотя бы для того, чтобы ходить и плеваться оскорблениями по случаю и нет. Но только не при скоплениях большого количества людей. А то ещё того и гляди – побьют, как кулака и кошелёк отберут, руководствуясь тем, что денег итак достаточно.
    Говорят, что на следующий год собираемость налога снизилась чуть ли не в сорок раз. Немногие платили за себя… Очень немногие… Везде начинали царить тишина да покой. Говорили только о высоком и интеллектуальном. Пришлось от этого искать новые пути поддержки науки. Но Отечество это, видимо, уже сильно не волновало…

          2011.11.24