Литературная страничка



Солдаты Кайзера
010

    Ранее:
    006
    007
    008
    009


    Вторичное сырьё, в особенности - высококачественное, ценилось и ценится всегда выше необработанной или даже хорошо обогащённой руды. Но при этом, понятное дело, также нуждалось в предварительной подготовке. Башню танка или огромный ковш просто так не засунешь в печь. А если это по какой-то причине и удастся, то плавиться металл будет ой как долго и медленно, выдавливая из себя в прямом смысле слова по капле.
    Потому изначально на базе был принят стандарт: куски не должны быть размерами (ширина, длина, высота в сумме) превышать метра. И при этом любой из параметров - шестьдесят сантиметров. На всякий случай газорезчики изначально рассчитывали места разреза в количестве полуметра. Евдоким назвал это правило "чтобы не платить за багаж". Ведь, примерно такими же параметрами оперируют на автовокзалах, когда идёт учёт оплата за провоз багажа. И, даже не смотря на то, что сам парень лишь недавно работал, такое точно и ёмкое определение было мгновенно подхвачено всеми чёрнорабочими.
    Разрезанный на такие мелкие куски металл укладывался в вагон куда лучше. Между ломом оставалось меньше воздуха, который как раз и составлял тот самый багаж, что приходилось регулярно провозить в вагонах. В больших или меньших количествах. Весь груз лома таким образом точно умещался. Даже наоборот - приходилось контролировать, чтобы не превысить шестьдесят тонн, как требовал железнодорожный перевозчик. Зато оставалось достаточно места в верхней части вагона: можно было аккуратно заварить. Тогда и не украдут часть металла, и не выпадет он на перегонах, стыковках или просто на слегка неровных участках железной дороги.
    Чёрнорабочие медленно подготавливали лом к погрузке в вагоны. Вообще на базе присутствовал двигающийся на гусеничном шасси магнитный кран. Но использовать его для загрузки также представлялось достаточно проблематичным. Как раз из-за кучности погрузки. Кран был уместен при быстро выгрузке из приезжающих сдавать металл автомобилей. Это помогало значительно ускорять процесс при приёмке лома. И намного уменьшало количество лишних людей на базе. Очередей тут никогда не наблюдалось. Также кран помогал разбирать набранные таким образом завалы. Ведь, часто куски были такого размера и веса, что даже с пять или более людей не могли с ним ничего поделать.
    Загрузку, а точней - даже заброску металла в вагон осуществляли сами чёрнорабочие. Куски редко весили когда больше десятка килограмм. Хотя потаскать даже такие куски - задача явно не из самых приятных. Для удобства рядом с вагоном частенько ставили небольшой деревянный помост. С него было куда как сподручней попасть в огромную пасть пустующего на рельсах вагона.
    Понятное дело, что просто так никто из работников не согласился бы присутствовать в самом вагоне в это время. Очевидно, что мало приятного в ощущения словить в голову кусок арматуры или плоского металла. Ведь, и предсказать место падения, не видя момента самого броска, - задача для мастера экстрасенсорики или просто отличнейшего математика, способного строить модели в уме за доли секунд.
    Укладывали металл в вагоны обычно порциями. Порция эта измерялась тем количеством чёрного лома, что было разрезано и подготовлено за предыдущие полдня. То, что было сделано до обеда, загружалось в вагон практически сразу после этого самого обеда. Чаще всего по весу это было около десятка тонн. Реже работники умудрялись делать больше одиннадцати. А вот сделать меньше не позволял план. Ведь, каждый вагон должен был стоять на путях не больше трёх суток! По двадцать тонн в день - три дня. К тому же к вечеру третьего дня вагон должен уже быть заварен и готов. Ночью путейцы со станции увозили вагон. И уже утром стоял пустой.
    Правда, так было не всегда. Иной раз на путях были и три вагона, и четыре.
    В начале лета наступала самая страда для приёмщиков металла. Чаще всего это было связано с тем, что сходили снега с полей. И "металлисты" могли собирать лом. К тому же земля оттаивала, а, значит, трубы или проволоку можно уже было легко выкапывать. Также по весне немногочисленные крупные агропредприятия и куда более многочисленные мелкие фермеры совершали ремонт или даже замену своей техники. И в сараях, в гаражах, на открытых площадках могло иметься огромное количество ненужного лома. Который и применить в хозяйстве никак не получится. А копейка, если она достаточно существенная, всегда пригодится в хозяйстве. Тем более - у крестьянина, не привыкшего шиковать и сорить деньгами. И эти копейки, если менялись крупные сельскохозяйственные агрегаты, с учётом сложившихся цен на чёрный лом, были куда как не маленькими.
    Но основным поставщиком металла было всё-таки министерство обороны. В регионе стояла целая общевойсковая армия. Техника вояк имела свойство устаревать. Иногда её отвозили в качестве мишеней на полигоны. Где остовы танков или бронемашин отрабатывали вложенные в них деньги и труд до конца. Иногда, даже минуя полигоны, представители частей заключали договора и сдавали металл. Это обеспечивало лишние деньги в бюджет и хозяйствование армейских частей, обеспечивало работой и хорошим металлом единственную крупную метало приёмочную базу в регионе. Но и доставляло немало хлопот с переработкой и вывозом этого металла.
    Приходилось работать больше и усердней, разрезая листы бронированной стали и складывая его по вагонам. С учётом того, что работникам необходимо было являться в свою общину к определённому времени для поддержания порядка и дисциплины, внеурочные или сверхурочные работы были запрещены. О них даже не думалось ни в планах, ни в возможных проектах.
    Нужно было лишь плотней формировать рабочий график и день. Стараясь уменьшить все возможные излишки времени.
    Постановка на базе нескольких вагонов сразу помогала отчасти минимизировать потерю времени. Можно было рядом с рельсами накапливать и складывать сразу не десять тонн лома, а значительно больше. И после того, как часть его будет заброшена в первый вагон, пара людей спустятся в него для более ровной укладки. В то время, как оставшиеся продолжат загрузку последующих. А мелкий лом, который уже сдавался в таком виде, мог вообще укладываться краном с магнитным ковшом. Что, понятное дело, ускоряло процесс. А работавшие рядом мужики не стояли под стрелой двигающегося крана. И не рисковали погибнуть от совершенно случайно упавшей железки.
    Кроме всего прочего такой способ подвода вагонов сразу цепью вносил существенную экономию транспортных издержек самому директору базы. Необходимо меньше было платить за пробег маневровочного тепловоза в два или три раза - как раз в зависимости от количества подвозимых пустых вагонов. Кроме того можно было подгонять чёрнорабочих из трудово-религиозной общины совершенно легально. Так чаще всего и происходило:
    - Эй, босота! - кричал директор из своего окна. - Ну, чего вы тут расселись и курите?
    Обычно это происходило ближе к концу обеда. Что вызывало справедливые упрёки и ответы работников о необходимости полноценного отдыха. Что могло спокойно перерасти в очередной рассказ с использованием столь непривычных для такой криминальной компании слов из философских трактатов и длительных размышлений китайских писателей (с вымышленными на ходу именами). Зная это, директор либо сразу указывал очень ясный ориентир: при сверхплановой загрузке вагонов светил некислых для простых работяг бонус в виде нескольких денежных знаков. Либо же руководитель передавал это через своих подчинённых (которых вместе с Евдокимом стало два) ЦУ. К которому прикреплялись те же самые денежные знаки небольшого достоинства. Которые должны были быть розданы после окончания трудового дня и только в том случае, если план будет побит. Причём существенно: вместо того же десятка тонн будет уложено пятнадцать-семнадцать. Этот метод вносил инициативу и оживление в работу, а руководству стоил не слишком дорого. А по факту - даже прибыль приносил. Когда металл с базы на завод будет раньше оттранспортирован.
    
    
    Далее:
    011
    012
    013
    014

    2012-2018