Литературная страничка



Сборник прозы ужасов
Междугранский проспект

    Эта история случилась в один рождественский вечер. Тогда я и мои друзья еще учились в школе и только-только освоились с полугодовой программой девятого класса. В школе каждый развлекается и забавляется так, как только может. И на что хватит времени, средств и обстоятельств.
    Школа номер одиннадцать города Белогорска расположена в рабочей окраине. Еще во времена Советского Союза здесь на месте пустырей построили несколько заводов - машиностроительный, мясокомбинат, шиноремонтный и консервный. И вместе с этим появились микрорайоны многоэтажек. Здесь было много самых разнообразных развлечений, каких только может выдумать рабоче-заводская шпана.
    Неудивительно, что нередко мы ходили компаниями парней и девчонок в одну из ближайших деревень - Васильевку. Когда там проводили дискотеки и танцы, естественно. Это сулило настоящие приключения, а возможно - и даже драку небольшую вместе с разборками с сельскими школьниками.
    В сельском клубе Васильевки была устроена настоящая программа по встрече Рождества. Перед школьниками был разыгран спектакль, где присутствовали все - и Дед Мороз, и Снегурочка, и нечисть всякая. Которая была выдумана не только народом, но и старинными писателями.
    - Да говорю я, - радостно вещал в вечернем морозном воздухе Вовка, - не существовало этих классиков. Они всё придумали. И классиков, и сказки.
    Мы полчаса назад вышли из сельского клуба и шли по единственной дороге к дому. Было уже примерно около одиннадцати часов вечера. Автобусы уже все закончили движение, а автомобилей никогда зимой не было много. Но мы шли большой бандой - пять парней и семеро девчонок. Кого нам было бояться? Ну, не сельских же пацанов, которые разбежались по домам, чтобы не морозить сопли на улице.
    - С ума сошел? - рассмеялась Танька, укутываясь получше в свой шарф. - С чего бы им выдумывать это?
    - Да и кому - им? - поддержала подругу Люда.
    - Старшим! Они выдумывают эти всякие истории. - Продолжал Вовка. - Чтобы попугать нас, чтобы держать нас на коротком поводке. И вообще нами манипулировать.
    - С ума сошел? - повторила Танюха.
    - А вот я так не считаю. - Послышался голос Сашки из-под кучи зимней одежды. - Я думаю, что это совершенно не сказки.
    - А мне мама рассказывала, что перед Рождеством всякое происходит. И чертовщина всякая. - Согласился я. - И что Гоголь не зря описал это в своем рассказе.
    - Ой, - развела руками Оля. - А что может случиться в ночь перед Рождеством? Вот мы сейчас идем по дороге... сегодня шестое января.
    - Кстати, да. - Вовка буквально закричал и даже выскочил на проезжую часть скользкой дороги. - Вот мы сейчас идем в город. Темень - жуткая...
    - Луны почти нет... - как-то задумчиво вставил свою фразу Лешка.
    - Тем паче! А мы сейчас идем, и ничего на нас не нападает. Ничего нас не утаскивает!
    - Мы только из села вышли. - Пожала плечами Таня. - В селе никогда ничего не происходит! Там же людей, как грязи. А впереди еще и кладбище.
    Наша компания как раз вошла в тень аллеи высоченных тополей. Они были высажены вдоль пригородной трассы и тянулись примерно километр. Даже зимой, когда все листья были сброшены на землю и укутаны снегом, тополиные ветви были настолько густыми, что легко скрывали звезды и луну, смыкаясь практически стеной и потолком над головой и по сторонам.
    Начиная с середины этой аллеи начиналось междугранское кладбище. Оно было совсем небольшим и располагалось неподалеку от дороги - буквально в паре метров - на небольшом холме. Вообще на этом кладбище уже давно никого не хоронили - место закончилось. Официально никого. Но могилки с другой стороны время от времени появлялись. Название кладбища было дано в честь села. Междугранка располагается как раз между Белогорском и Васильевкой и представляет из себя очень маленькое село. Село, которое переходит с одной стороны в огромные сады и дачные участки, тянувшиеся до реки и вплоть до Васильевки, а с другой - в небольшие загородные домики горожан, которые фактически были городом, но городских адресов не имели.
    Через все это великолепие не проложили дорогу. Автомобили проезжали в полукилометре от села среди небольшого поля. И при этом - проезжали как раз рядом с кладбищем.
    - Да чего вы с этим кладбищем! - бравурно бросил Сашка. - Мой батя постоянно ходил мимо него, когда ухаживал за мамкой!
    - И ничего? - улыбнулась Олеся.
    - Да и я не боюсь!... - совсем возгордился парень. - Мертвых никогда не боятся.
    - Кроме Рождества! - Вовка попытался иронизировать и потому сделать пальцами кавычки, но в рукавичках получилось только помахать "пока".
    - А, между прочим, я слышала, что на этом кладбище похоронено очень много людей давным-давно. - Люда слегка опустила шарф, чтобы было слышно чуть лучше. - А места там мало. И потом на этом месте начали других хоронить. А по православным нормам такое делать нельзя.
    - Точно! - буркнул шедший чуть поодаль ото всех Виталька. - И потому эти души могут бродить и искать свои места. И так и появляются призраки.
    - Блин, ну, вы нашли о чем говорить! - недовольно отметил я. - Мы как раз к кладбищу подходим. Это такой ход, чтобы попугать?
    - Сейчас вылезут эти... - Вовка пощелкал пальцами, пытаясь вспомнить слово. - Японцы. Что с гражданской войны тут захоронены!
    - Как вон тот?
    Последнюю фразу сказал Сашка. При этом он кивнул в сторону человека, который вышел на дорогу примерно в полусотне метров перед нами. Это явно был мужчина. Причем мужчина с азиатским лицом. Кто именно - сказать было сложно. Тем более, что мы точно не имели опыта определения национальности, а также ночного зрения. Мужчина был одет по-зимнему, но при этом как-то странно. Все в нашем городе уже давно перелезли почти полностью в китайские пуховики и шапки. А этот странный ночной прохожий был в неком странном тулупе явно старого образца. Мужчина шел медленно, двигая только ногами. Вышел он то ли откуда-то с поля, то ли просто шел по дороге достаточно долго в тени. И сейчас направлялся в сторону Васильевки.
    Мы сразу, без предупреждения и договора, перешли на скрытый полушепот... И заговорили между собой быстро, не обращая внимания даже на то, кто сейчас говорит.
    - Откуда он появился?
    - С поля вышел!
    - Да по дороге он шел!
    - Один? Ночью? Рождественской?
    - А он точно китаец!
    - Какой китаец? Японец!
    - Откуда бы здесь японцу?! Экак Япония далеко!
    - Из могилы, откуда еще!
    - Так он по другой стороне идет. Мы с той стороны, где кладбище.
    - А кто их знает, где их хоронили.
    - Япооооонец, точно японец. - Было моей первой фразой после появления странного субъекта.
    К тому времени он уже поравнялся с нами и также медленно прошел мимо. При этом он смотрел только вперед - на село, куда и направлялся... вроде бы...
    - Даже на нас не посмотрел! - еле выдавил Вовка, который вдруг стал до ужаса суеверным.
    - А чего ему смотреть? Он же, наверное, призрак. Вот и так знает, что и где! - хныкала слегка Танюшка.
    - Ага. И русский японцы не знают. А этот, - Лешка указал пальцем на шедшего мужчину, - в Васильевку идет.
    - А как это связано? - серьезно поинтересовался Сашка, на что получил от девушки ответ:
    - Давайте его позовем и узнаем!
    - Давай лучше пойдем быстрей! - предложил я. - И перейдем на ту сторону. Подальше от кладбища.
    - Думаешь?
    - А чего мы здесь встали с края кладбища кружком и шушукаемся. Этот мужик сам нас мог испугаться.
    Это мое предложение подействовало сразу на всех. Мы даже слегка подпрыгнули и, озираясь, побыстрей перешли через асфальтированную дорогу. Словно, если бы призрак еще один (или не еще) появился, то он бы не смог преодолеть эту широкую полосу между нами и кладбищем.
    Идти стало жутковато. Даже очень. Мы почти перестали говорить. И при этом старались прислушиваться. Каждый, наверняка, по несколько раз в минуту озирался по сторонам. И при этом никто не отставал. Мы шли тесной группой, стремясь как можно быстрей дойти до дома. До которого оставалось еще около двух с половиной километров. Мы прошли только шестую часть! Но зато кладбище вот-вот должно было остаться позади. Через некоторое время должен последовать небольшой крутой спуск, который, собственно, и был самым аварийно опасным местом во всей округе. Тут нередко автомобили стремились на хорошем участке обогнать, но встречки не было видно на достаточно протяженном участке.
    - Тихо! - вдруг остановил всех достаточно громким в это время окриком Сашка. - Слышите.
    Мы прислушались, но особых успехов среди сопения, кряхтения и завывания ветра в зимнем холоде не проявили.
    - А что мы должны услышать? - сдавленно спросил Вовка.
    - Ржание лошади и как будто цокот копыт.
    - Копыта? - захныкала пуще прежнего Таня. - Ночь, зима. Какие лошади?!
    - Японские, наверное!... - Предположил я.
    И, словно в подтверждение моих слов и в наказание за почти полуночные гуляния, снизу в этот момент выехала лошадь. Какой-то мужичок задержался, быть может, у знакомых в Междугранке. И сейчас возвращался к себе домой в Васильевку. Ехал он в телеге, в которую была запряжена лошадь. Еще в телеге было нагружено немало сена. Все это издавало неповторимый ор звуков. Этот ор даже несмотря на небольшую громкость, был прекрасно слышен в ночи. А тут еще и эта лошадь, что появилась буквально перед нами.
    Обстановки и всего случившегося нам с лихвой хватило для того, чтобы потерять контроль за собой. Мы одной большой группой резко свернули с дороги налево в сторону полей и побежали... по глубокому и еще не тронутому никем снегу. Мы старались бежать все вместе, не разделяясь и не останавливаясь. Каждый старался присматривать за всеми друзьями и подругами. Нам казалось, что за нами бегут и нас преследуют.
    Мало кто после такого пережитого вспомнит, как мы добрались до дома. И мало кто помнит, когда это произошло. Вроде как, мы все вместе даже добрались до первого дома среди всех нас и там и остались до самого утра.
    Ведь, это было самое настоящее рождественское страшное и паранормальное приключение!...

          2014.11.13-15