Литературная страничка



01:57 (Ноль один пятьдесят семь)

    Валера шел по длинному коридору. В этом коридоре явно не хватало лампочек. Кто-то то ли изначально об этом не позаботился, то ли наоборот - позаботился, чтобы именно сейчас этих лампочек не стало. То есть - попросту выкрутил. Валера хорошо видел, что над ним не было ни одной лампочки. Совсем ни одной. Они горели только впереди. При этом мужчина смотрел только вперед перед собой, не поднимая головы. И ему казалось, что сзади лампочек тоже не было.
    Во всяком случае, мужчина их раньше не видел. Потому что он был там, позади, если не минуту, то десять минут назад. И не видел ни одной лампочки. Совсем... Все лампочки были всегда впереди. Сколько он себя помнил.
    Кстати, а сколько минут Валера идёт по этому коридору?
    Мужчина остановился и оглянулся. Вокруг - справа и слева - были те же самые стены. А спереди светили лампочки. Или одна лампочка. Но настолько яркая, что ... Нет, наверное, это всё-таки несколько лампочек - ведь, светили они все время на пути мужчины. И при этом очень и очень ярко. Свет был настолько сильным и ярким, что Валера не мог сказать, что он идет в полутьме. Хотя этот самый свет не слепил. И мужчина мог легко смотреть вперед. То есть он не был каким-то похожим на солнечный или даже электрический, какой создают простые и привычные в быту лампочки. Скорей тогда уж - каким-то люминисцентым, мягким.
    Валера глянул себе под ноги. Там был точно такой же серый бетон, из которого состояли и стены. То есть весь коридор, всё это строение - всё было сделано из одного материала. И мужчина был где-то внутри какого-то огромного монументального строения.
    Под ногами Валера увидел тень. Правда, при этом его тень не была позади. Она была спереди. Словно если бы свет светил от источника, расположенного за спиной.
    Мужчина обернулся - там не было ни одной лампочки. Там была сплошная тьма. Но тень от странного источника, который был теперь расположен за спиной, была также за спиной.
    - Невероятно! - произнёс Валера.
    И голос его тут же стих. Он не услышал ни эха, ни продолжения. Ничего! Хотя в таком огромном коридоре эхо наверняка должно было бы разнести любой шорох далеко-далеко.
    Вдруг мужчина увидел в темноте три лампочки. Одна была зелёная, другая, расположенная совсем рядом с первой, - оранжевая. Третья, которая мигала с периодичностью примерно в секунду, была также оранжевого цвета.
    Валера закрыл глаза и вновь их открыл. Лампочки продолжали гореть всё также. И одна продолжала всё также мигать. Вот только света, такого яркого, за спиной уже не было. Валера потёр глаза, словно считая, что спит...
    Но за спиной источника света от этого не появилось. И светлей вокруг также не стало. Хотя лампочки продолжали гореть. Вот только что за лампочки такие могли быть здесь? Только что же мужчина прошёл там. И...
    Лампочки стали становиться всё чётче и чётче. Теперь их уже можно было различить не только из-за света, но и рассмотреть даже само строение. Эти лампочки были расположены вверху чего-то большого. А это что-то большое перегораживало тот коридор, в котором стоял Валера. Хотя он ещё пять минут назад там проходил. Во всяком случае он так думал. И видел своими глазами ту большую прямоугольную тень, которая обозначала объект, на котором располагались лампочки...
    - Так это же мой холодильник! - вдруг сказал Валера.
    И осмотрелся по сторонам. Стены коридора куда-то исчезли. А вокруг стали быть видны, пусть и смутно, стены комнаты, в которой жил мужчина. И в которой он проводил большую часть своего свободного времени. А сейчас он спал. Точней - уже не спал. Потому что только что проснулся, стоя в полный рост на своем диване, который на ночь превращался в спальное место.
    Валера присел на край дивана и потянулся рукой примерно в то место, где должен был располагаться стул. На стуле рука нащупала мобильный телефон. Всего одно нажатие и... Свет от небольшого экрана мобильного телефона осветил комнату. Понятно, что всё равно было видно не очень хорошо. Но точно можно было сказать, что мужчина находится именно в этой комнате. Можно было различить при желании почти все детали и предметы мебели, к которым давно так привык Валера.
    А ещё свет ослепил мужчину. Хотя тот самый свет, что он видел всего пять минут назад, был не в разы и даже не в порядки, а на порядок порядков ярче....
    - Один час пятьдесят семь минут... - Сказал сам себе мужчина, поглядев на время, которое отображалось на экране мобильного телефона. - И чего я проснулся! Спать ещё и спать! Даже не смотря на то, что завтра суббота и никуда не надо спешить и торопиться...

    Работа, работа, работа. Вот то, перед чем преклоняется большинство людей в мире. При этом многие из них презрительно именуют тех, кто не работает так, как они "лоботрясами". Люди не любят слово "трудоголик", но при этом работают так и столько, что их можно легко назвать именно трудоголиками. Иные напротив упоминают трудоголизм по поводу и без, но при этом совершенно не умеют работать сами. Хотя и стремятся прослыть именно трудоголиками.
    Большая часть людей работает. Но есть и те, кто никогда не работал, никогда не трудился. И даже не представляет себе, что же это такое: работа. Потому что либо не желают работать, либо изначально предполагают, что работа - это не для них. В том плане, что их организму противит что-либо в стиле "работа в офисе"; он не может долго и упорно делать одно и то же действие; человек изначально настаивается на то, что не хочет работать за маленькую зарплату или на низкой должности.
    Но это проявляется только до того момента, пока человеку есть за счет кого жить. Конечно, в первую очередь это относится не к богатым людям, которые имеют возможность присваивать дополнительный трудовой доход других людей - которые работают на них за зарплату. Это в первую очередь относится к лентяям и лоботрясам, которые живут за счет своих матерей. В первую очередь по вине как раз этих матерей. Которые воспитывают их в своей не самой умной и дальновидной манере, превращая их в маменькиных сынков. И человек изначально воспринимает себя если не маленьким императором, то каким-нибудь бароном или графом.
    И жизнь в последующем тяжело бросает таких людей, ломает через колено, засоряет душу и уничтожает в один прекрасный момент все идеалы, все мечты и фантазии. Потому что рано или поздно человеку в обязательном порядке приходится устраиваться на работу. В противном случае он просто опустится ниже какого-либо виртуального порога, после которого общество перестанет его воспринимать как часть этого самого общества. Но такое осознание может прийти очень и очень поздно. И в годы, когда человеку уже необходимо подумывать о том, как он будет жить в старости, и сколько именно внуков он будет воспитывать за городом, человек вместо идеальной жизни только начинает работать.
    Понятно, что он не может сразу же в таком случае устроиться на что-то крайне значимое и невероятно доходное. Не смотря на то, что человеческое общество не всегда и не везде хорошо устроено, в одном люди правы - нельзя только основываясь на одном возрасте устроиться на престижную работу. Необходимы ещё опыт и знания. А иначе получилось бы так, что все стремились бы тридцать лет и три года валяться на печи, а потом бы пошли устраиваться в начальник отделов, управлений и департаментов. А самые оголтелые лентяи вообще подождали бы раза в два больше этого срока и стали сразу метить в директора, всё свободное время проводя за изучением журналов, газет и прочего с целью выбора того или иного предприятия.
    Роберт был как раз одним из таких лентяев, которых воспитывает даже не общество, а время. Худой высокий человек изначально был воспитан на идеалах романтики, культуры и искусства. С самого детства Роберт учился играть на музыкальных инструментах по настоянию матери. И на самом деле неплохо научился играть на гитаре, аккордеоне и саксофоне. Неплохо. Но не более того! Но воспитываясь в идеальной среде, мужчина был не подвержен каким-то ноткам самокритики. И считал, что все остальное в музыке - пыль, что будет устилать его подошвы, а также заметать, но не замести следы.
    Закончив юридический только из-за того, что так принято, Роберт не работал по специальности ни дня. И каждый день стремился совершенствовать свои музыкальные умения, еженощно фантазируя по поводу своей группы. Которая, безусловно, станет популярной, издаст кучу платиновых и золотых дисков с пластинками, заработает огромные деньги и будет гастролировать по всем городам и весям. А сам Роберт, понятное дело, станет культовым музыкантом и автором песен ещё при жизни.
    Вот только была одна небольшая проблема. Как уже упоминалось выше, подобных людей жизнь не щадит в первую очередь. С момента всего подобного размышления прошёл десяток лет. И сейчас Роберт жил один, вот уже несколько лет как он был вынужден пойти трудиться. Но при этом отчасти ему повезло: ведь, нашел он занятие, более или менее удовлетворяющее его музыкальную высоко духовную натуру.
    Роберт устроился работать в искусство. Он начал ежедневно с редкими выходными днями заряжать киноаппараты, включать и выключать их в одном из кинотеатров средней руки. Не самом популярном, но с несколькими залами, в каждом из которых крутились разножанровые ленты. Все залы обслуживало два человека. При этом один из этих двух иной раз мог уходить в отпуск или иметь выходной. Понятное дело, по договоренности. Но это еще больше усложняло работу. Просто посидеть в операторской и посмотреть ту ленту, которая крутилась в данный момент, как это иной раз показывают в фильмах, было сложно. Необходимо было следить за четырьмя (а вечером, когда оставался один работник) - за семью киноаппаратами. Это требовало запоминания нескольких параметров и дат. Это требовало...

    Валера перестал писать свой рассказ. Сработал таймер. Мужчина глянул на небольшой монитор мобильного телефона. Там специально установленная программа показала, что через пять минут необходимо будет зайти в операторскую четвертого зала. Потому что там вот-вот должен был начаться сеанс. А, следовательно, требовалось поначалу показать всем собравшимся зрителям рекламный блок, а потом уже поставить основную картину. Сейчас же мужчина сидел в операторской первого зала - самого большого из всех в этом кинотеатре. Тут Валера чаще всего находился. Потому что тут было больше места, стоял стол, были кресла и даже удобный диванчик. Это иногда помогало расслабиться на вечернем сеансе после утомительнейшего рабочего дня.
    Мужчина встал и вышел через небольшую дверь в коридор. Коридор был неширокий. В нём вряд ли могли легко бы разойтись двое человек. Но по нему обычно ходили только избранные. Потому что сам коридор запирался в самом начале на ключ. И вёл только в небольшие операторские комнатки каждого зала. В связи с тем, что ключ от первой входной двери в коридор был только у ограниченного количества человек, во время работы залом сами операторские не запирались.
    Именно поэтому Валера, заметив, что в коридоре в очередной раз перегорела лампочка рядом со второй операторской, расположенной немного по диагонали от первой, оставил дверь открытой. Благодаря этому свет попадал в коридор, отчего можно было не опасаться, что пройдёшь мимо в полутьме или просто споткнёшься о что-либо.
    - Пойдем-ка включим-ка фильмец этим любителям ужастиков! - пробормотал Валера.
    Мужчина вообще любил поговорить, в том числе - и сам с собой. Но в коридоре с хорошим эхом старался говорить потише. Потому что он уже писал неоднократно объяснительные по поводу посторонних шумов в кинозалах. Которые слышали посетители, и о которых заявляли руководству кинопрокатной сети. Вообще жалобы шли на некачественную пленку и плохие колонки, но на самом деле это просто в моменты грусти и скуки напевал песни Валера.
    - Сколько к нам сегодня пришло на ужастик? - Валера вошёл в операторскую, не включая свет, и посмотрел в небольшое окошко в зал, привстав на цыпочки. - Раз-два-три... Десять... Восемнадцать... И ещё входят! - посмотрел под конец он на вход в зал. - Надо же! Вроде, и фильм не новый - уже седьмой день крутится. А людей - тьма! Сколько любителей ужастиков!
    Валера медленно и аккуратно включил и приготовил всю аппаратуру. После чего на два раза перепроверил всё - чтобы ничего не случилось. На это ушло не больше минуты-полторы. И затем он вновь глянул в окошко. Там люди всё продолжали входить - кассир-билетёр не переставала отрывать корешки билетов.
    Но часы уже показывали 19:54:53. Через семь секунд нужно было включать кадры с рекламой и трейлерами к новым фильмам.
    - Пять... - начал обратный отсчёт Валера. - Четыре... Три... Два... Один...
    Мужчина нажал на две кнопки одновременно. И тут же свет в зале слегка притух. И на огромном экране показались первые кадры рекламы. Небольшой её блок перед каждым фильмом уже давно стал традицией. И при этом шёл обычно ещё при наличии небольшого света. Реклама как бы была вторым звонком. И люди могли ещё продвигаться к своим местам. И свет должен был, понятное дело, в этом помочь.
    Но это также обязывало Валеру непрерывно находиться в операторской эти самые пять минут. Чтобы суметь вовремя переключить аппарат с рекламы на сам фильм. Мужчина подошёл к пульту и стал всматриваться в часы, словно гипнотизируя их. Электронное табло медленно отсчитывало свои секунды. Сейчас оно досчитает до 20:00:00, и мужчине нужно будет идти в пятую операторскую. Потому что сеанс там начинался в 20:10. И реклама за пять минут до того. Потом сеанс в 20:20, 20:40, 20:50... Затем наступит некоторый перерыв, связанный с тем, что часть залов будет уже работать, а в трёх остальных время самых последних сеансов ещё не придёт. Да и будут они всего в трёх залах из семи. Но необходимо будет выключить аппаратуру. А потому нужно было установить время будильника, чтобы явиться вовремя - электроёмкой аппаратуре не нужно было работать порожняком просто так.
    - Один час пятьдесят семь минут идёт фильм. - Посмотрел на данные Валера. - Ровно один пять семь...

    Валера шёл по длинному-длинному коридору. Только этот странный коридор отличался ото всех коридоров. В нём были двери. В нём было огромное количество дверей. И эти двери располагались примерно в нескольких метрах друг от друга. Совсем как будто в этом месте было огромное количество небольших квартир или даже комнат. И все они располагались в отличнейшем шахматном порядке. Всё было рассчитано архитекторами с точностью до микрона.
    Но эти двери отличались от обычных одной странной особенностью. Точней двумя: по одной особенности на каждую сторону коридора. Те двери, что располагались справа от Валеры, не открывались. Можно было даже не пытаться пробовать открывать их. Ручки дверей даже не вращались. Они просто словно были приклеены или прибиты. А вот все двери слева были открыты. И их действительно можно было открыть. Вот только это было бесполезно. Двери никуда не вели. Совершенно. Стоило открыть любую из дверей, как за ней появлялся кусок стены. Совершенно такой же, как и справа или слева от самой двери. Просто дверь была вставлена в бетонную стену.
    Словно кто-то решил сильно пошутить над всеми людьми. И особенно сильно - над Валерой. Потому что никого, кроме него, сейчас тут не было. Он был абсолютно один. И шёл вперёд. А впереди был свет. Яркий белый свет, который не ослеплял и не обжигал. Который просто горел настолько ярко, что не позволял видеть сам источник этого света. И при этом заставлял идти вперёд - как раз к нему. Постоянно, шаг за шагом, к нему.
    Вдруг Валера остановился и стал приглядываться к одной из дверей. Ему показалось, что на этой самой двери горели лампочки. Две штуки. И одна мигала. на игала с постоянной периодичностью. Валера закрыл глаза - этот мигающий свет раздражал глаза настолько, что они заслезились.
    Уже через мгновение мужчина вновь открыл глаза. Никаких дверей, никакого коридора, никаких стен не было. А только одна большая тень. Огромная тень, на которой как раз и горели эти самые лампочки.
    - Айййй. - Зажмурился Валера и потёр лицо. - Опять всякая ерунда приснилась.
    Мужчина потянулся рукой к тому месту, где лежал его телефон. Валера чувствовал, что времени с того момента, как он заснул, прошло немного - потому что выспаться не вышло, да и за окном была темень. Наконец рука нащупала телефон. Пальцы скользнули по кнопкам, и монитор загорелся ровным ослепляющим белым светом. Цифры на мониторе показывали время: "01:57".

    "Что ко мне привязались все эти сны?"
    Валеру буквально съедала мысль о том, что последние две недели ему снятся сны. Точней, это нельзя было назвать снами. Скорей - это был один сон. Один простой и до боли уже привычный сон. Который никак не хотел уходить, который надоел настолько, что запомнился до мельчайших подробностей. Мужчина даже пробовал уже закрывать лампочки холодильника - вдруг это из-за них всякие подобные снятся моменты. И окно стало занавешиваться не только плотной и толстой шторой, но и дополнительно покрывалом. Потому что в один ночной момент во время пробуждения Валера заметил, что в окно светит яркая полная луна.
    - Так это из-за тебя мне снятся коридоры освещённые! - рассмеялся Валера, сидя у себя на кровати. - Действительно: яркая и огромная. И свет никоим образом не обжигал. Во время сна подсознание могло до такого довести!...
    Но с тех пор прошла целая неделя. Луна за это время успела значительно уменьшиться. И в те самые заклятые один час пятьдесят семь минут ночи ночное светило располагалось уже в другой части неба. И никак не могло светить в окно. Чтобы вызывать всё те же самые сны...
    Примерно с такими мыслями и шёл прекрасным погожим осенним утром Валера по тротуару рядом со своим домом. От него до почты, куда направлялся мужчина, было не больше получаса пешком. И всё время под горку. А вот обратно уже было нужно подниматься. Но это потом. А сейчас...
    Валера перед переходом через небольшую второстепенную гравийную дорогу, ведущую к недавно построенным коттеджам приостановился и посмотрел по сторонам - чтобы по глупости не попасть под машину. Но машин не было. Ни одной! Мужчина вновь двинулся в путь, погрузившись в свои думы.
    - Остановись! - услышал он голос.
    Это почти сразу за дорогой стояла, опёршись о металлический невысокий забор вдоль тротуара старушка. На вид ей было лет столько, сколько ещё не жил ни один человек на планете. Одета она была достаточно тепло - что кофта, что зимние сапоги и даже штаны с начёсом.
    - Чего вам? - спросил Валера тоном, каким он разговаривал с уличными попрошайками.
    - Постой! Остановись!- старушка подняла левую руку и развернула её ладонью к подошедшему к ней мужчине. - Какой сегодня день?
    - Суббота! - немного с удивлением ответил Валера, явно не ожидая такого вопроса. - Тринадцатое сентября две тысячи четырнадцатого года.
    - Суббота! - закивала старушка.
    - Суббота! - ещё раз подтвердил Валера. - Вам время подсказать?
    - А можно? - как будто обрадовалась старушка.
    - Конечно. Сейчас чуть позже двенадцати. - Сразу сказал мужчина по памяти, но для точности полез в карман за телефоном. - А если точно... Что за чёрт?!
    - Не надо чертыхаться! - резким тоном сказала наставление старушка.
    - Извините!...
    - Так сколько времени?
    - Одиннадцать... - Валера зажмурился и открыл снова глаза - телефон показывал одиннадцать часов и девяносто семь минут. - Нет... Странно... Не может быть одиннадцать и... - Вдруг телефон стал показывать девяносто восемь минут. - Без двадцати две минуты час пополудни! - Наконец решил просто отнять от количества минут один час мужчина.
    - Спасибо большое! - улыбнулась старушка и пошла по тротуару вверх, взбираясь на подъём очень и очень медленно.

    "Опять эта старушка!" - подумал Валера.
    Он уже возвращался с почты. И решил пойти домой опять-таки пешком, не используя автобус. На почте мужчина отстоял достаточно длинную очередь. И прошло не менее часа с тех пор, как Валера в первый раз встретил странную старушку во всём тёплом. Но за это время женщина не прошла и двухсот метров. Очевидно, что она постоянно останавливалась, чтобы перевести дух. И потом с новыми силами проходила несколько шагов, останавливаясь около металлического забора.
    - Вам, быть может, помочь?! - участливо спросил Валера, поравнявшись с женщиной. - Я смотрю, вам сложно и тяжело подниматься.
    - А! Это вы! - улыбнулась старушка. - Нет, спасибо! Мне всего лишь до следующей остановки. Тут пару сотен метров осталось!
    - Так вы бы спустились вниз - тут же через дорогу остановка. И доехали бы на автобусе!
    - Спасибо за заботу! - улыбнулась женщина ещё раз. - Спасибо. Но я лучше тут. Сама... Идти по самому простому и очевидному пути легко. Сложней идти наоборот! Но это никогда не повредит!
    - Как знаете! - пожал плечами Валера. - Как знаете!
    - Вы, молодой человек, лучше подскажите, который сейчас час? Сколько я иду с предыдущей нашей встречи? Час? Два?
    Валера достал свой телефон. Сейчас он показывал ещё более странное время: одиннадцать часов и сто семьдесят семь минут... Валера улыбнулся, сообразив, что нужно отдать его в починку. Мужчина начал было отнимать по шестьдесят минут, как вдруг телефон мигнул и показал: "01:57 PM"...

    Свет светил всё ярче и ярче. Он уже казался совсем-совсем близко. Казалось - нужно сделать ещё несколько шагов. Валера остановился. Он осмотрелся по сторонам, уже интуитивно выискивая на стене лампочки, после которых он должен проснуться и понять, что находится в своей комнате.
    Но лампочек не было! Их не было уже очень и очень давно!
    Валера почувствовал, как у него по коже пробежали мурашки! Лампочек нет! Их нет! Значит, это может быть не сон! Или это сон? Но тогда лампочки должны появиться рано или поздно!
    А свет был всё ближе и ближе! Он никогда не был так близок! Словно это был не сон.
    А что, если это действительно не сон, а явь?! Тогда этот свет, который стал приближаться...
    Валера хотел было сделать шаг вперёд, но пресёк это движение. Нога так и зависла в воздухе!
    - Может, ещё просто не без трёх минут два ночи?! - спросил у света и длинного пустынного коридора мужчина.
    Ответа, по понятным причинам, не последовало. Но интуитивно мужчина чувствовал, что это время уже прошло. И сейчас уже не два, и даже не половина третьего. А лампочек всё не было. Почему же он тогда не просыпается?
    Валера сделал вдох всей грудью, насколько он мог. Настолько глубокий вдох, что даже грудная клетка заболела. После этого мужчина с шумом выдохнул.
    - Да гори этот свет синим пламенем!... - плюнул он.
    Мужчина резко развернулся и пошёл в обратном направлении. В темноту, подальше от света. И свет стал удаляться. Он всё удалялся и удалялся. Удалялся и удалялся. А темнота всё находила и находила.

    Зазвенел будильник. Валера буквально подскочил на своей кровати. Ещё секунду назад он был в коридоре, а тут... Сердце бешено колотилось. Причём постоянно делало остановки и начинало биться заново. Мужчина глазами поискал аптечку, где у него на всякий случай был набор лекарств. Аптечка стояла на полке рядом с настенными часами.
    Часы показывали 07:30 - время, когда Валера обычно просыпался по будильнику.
    Время, в которое он просыпался до странного 01:57 и в которое он будет просыпаться впредь. Потому что коридор остался где-то за спиной... С погасшим в темноте другого конца коридора светом...

          2014.09.13-22